А что, если…?

В таком состоянии я пребывал ещё около месяца, затем, поэтапно, от месяца к месяцу, всё начало приходить в норму, но действительно полностью функциональным я почувствовал себя только спустя 10 лет, последними восстановили чувствительность пальцы ног. Интересно то, что еще через некоторое время, я начал замечать в себе необычные познавательные способности. Яркость и насыщенность картинок в воображении усиливались и почти все сны были осознанными. Самое главное в таких снах заметить нелепицу или неправдоподобность, чтобы понять, что ты находишься во сне.

С развившимся интеллектом это становится делать, как никогда ранее просто. Когда замечаешь что-то необычное, нужно спросить себя в этот момент: «а что, если я сплю?». Если неправдоподобие – это ключ, то вопрос – это дверь. Каждую ночь я устраивал себе необычные путешествия: баллотировался в президенты; курил трубку с Сальвадором Дали, обсуждая картины Рене Магритта; пил чай с Вуди Алленом, сидя на кольцах Сатурна. О, это было великолепно, никогда в жизни я еще не был так счастлив, как тогда. Вскоре мне захотелось поделиться этим с другими. Я подозревал, что эти возможности появились в результате того несчастного случая на чердаке нашего дома, и начал экспериментировать с током в своей самодельной лаборатории, к тому времени я уже прекрасно разбирался во всех фундаментальных науках и свободно говорил на трёх языках. После нескольких месяцев усердной работы мне удалось сконструировать небольшую установку, позволяющую получить пропорционально уменьшенный заряд тому, который содержит молния, для достижения высоких частот, безопасных для человека. Технология опиралась на современные достижения науки и некоторые эксперименты Николы Тесла. Я договорился со своим лучшим другом, кстати, тоже увлекающимся физикой, испробовать технологию электростимуляции разума на нём, уверив его в её абсолютной безопасности и всячески демонстрируя свои невероятно развившиеся способности. Эксперимент прошёл успешно. Другу тоже начали сниться осознанные сны, он наблюдал улучшение памяти и других когнитивных особенностей, правда, результаты нас недостаточно удовлетворяли. Но вскоре мы выяснили, что эффективность технологии убывает экспоненциально с увеличением возраста. Научное объяснение этого феномена может быть сведено к бытовому факту: «легче наводить и поддерживать порядок меньшего количества предметов» – тоже самое и с нейронами.