1000 и одна лампа

После небольшой паузы Гассион продолжил:

– Для того чтобы мы могли исполнить желания, мы двести лет обучаемся различным премудростям магии, а овладев ей, поступаем на работу в УПРАВЛЕНИЕ ИСПОЛНЕНИЯ ЖЕЛАНИЙ. Каждая смена длится ровно двадцать четыре часа. Всё это время мы сидим в зале выдачи желаний и ждём вызова. Когда в мире людей будет найдена одна из ламп, джинн, чьё имя отобразится на табло, должен будет пройти в специальную комнату и занять специальное кресло. И когда человек потрёт лампу, кресло перенесёт джинна в мир людей.

Там он должен исполнить одно желание и вернуться обратно. На всё про всё человеку даётся три дня, а затем джинн автоматически возвращается обратно.

– Но в наших же интересах вернуться до конца своей смены, – закончил Фаркус рассказ брата.

– А я бы с удовольствием побыл в мире людей подольше, – с улыбкой произнёс Гассион. – Как думаешь, когда меня вызовут?

– Какой ты шустрый, – усмехнулся Фаркус. – Прошли те времена, когда лампы находили часто, и джинны чуть ли не по нескольку раз в день отправлялись исполнять желания.

Теперь какие-то лампы лежат на дне океана, какие-то в пещерах, и людям нужно хорошо постараться, чтобы отыскать те, которые ещё можно найти. Сейчас наша основная работа – это сидеть и ждать.

–Но я всё же надеюсь, что мне повезёт в первый день, и меня вызовут.

И тут, словно услышав произнесённые Гассионом слова, на табло появилось его имя, а также цифра тринадцать – номер комнаты, в которую ему необходимо было пройти.

– Новичкам везёт, – усмехнулся Фаркус и похлопал брата по плечу. – Поторопись занять место в кресле, скоро лампу потрут. Увидимся здесь же в конце смены.

Гассион поднялся на ноги, помахал брату на прощание и радостный поспешил в комнату номер тринадцать, из которой должен был перенестись в мир людей.

Из зала выдачи желаний он завернул в коридор, по обеим сторонам которого размещались двери с номерами. Дойдя до тринадцатой комнаты, Гассион вошёл внутрь и закрыл за собой дверь.

В помещении было почти пусто, если не считать большого кресла, стоящего в самом центре. Разглядывать его было некогда, так как табло на стене указывало на десятисекундную готовность, и секунды эти таяли на глазах. Не теряя времени, Гассион занял место в кресле, быстро застегнул ремень и взглянул на циферблат. Там как раз исчезла последняя секунда, и тут же налетел вихрь, закружил его, подбросил высоко в небо и унёс куда-то вдаль.