Лика. Повелительница демонов

– Но, вы же отличные спортсмены, лицей не может без вас обходиться!

– Меня попёрли из футбольной команды, потому что в рванине на поле выходить нельзя, лицей не потерпит такого унижения, – сказал Жослен.

– А мне не на что стало заправлять свой дизельный кар. От участий в гонках меня отстранили, а кар отобрали, – добавил Раймон.

Старый барон распрямил свою сутулую спину.

– Мне просто трудно поверить в правдивость ваших слов: подумайте сами, ведь дворянство – будущий цвет государства. И уж кому как не руководству лицея знать это!

Раймон, который готовился стать священником, упорно не поднимая глаз, ответил:

– Преподы говорили нам, что бог сам указует своих избранников.

Может, он счёл нас недостойными?

– Оставь свои шуточки, брат! – прервал его Жослен. – Сейчас не время для этого, поверь мне. Если государствоотдаёт предпочтение простолюдинам, детям ремесленников и лавочников – воля его! Оно само роет себе могилу, и его ждёт гибель!

– Жослен, не смей говорить так!

– Я говорю то, что есть на самом деле.

В моём классе логики, где я самый младший, но по успехам второй из тридцати, двадцать пять учеников – дети богатых ремесленников или чиновников, и они аккуратно вносят плату, а дворян пятеро, и только двое вносят плату вовремя…

Эти слова Жослена подбодрили старого барона – выходит, что он не одинок в своих бедах.

– О! Выходит, что вместе с тобой исключили ещё двоих воспитанников-дворян?

– Ничего подобного, их родители очень влиятельные люди и преподы их боятся.

– Я запрещаю тебе так отзываться о твоих воспитателях, – сказал старый барон.

– Действительно, Жослен, – вмешалась вдруг Лика. – Ты вообще не мастер говорить, а когда открываешь рот, то становишься похож на жабу.

Юноша вздрогнул и с удивлением посмотрел на кудрявую девочку, которая так спокойно поучала его.

– А-а, ты здесь, лягушка, болотная принцесса! Повелительница демонов!.. Подумать только, я даже не поздоровался с тобой, сестрёнка.

– А почему ты называешь меня лягушкой?

– Потому, что ты обозвала меня жабой.

И потом, разве не ты пропадаешь вечно в болотных зарослях? Или ты стала такой же послушной и чопорной, как Орта?

– Надеюсь, что нет, – скромно ответила Лика.

Вмешательство Лики несколько разрядило атмосферу. Братья поели, и кормилица убрала миски в посудомоечную машину. Но обстановка в гостиной по-прежнему оставалась тягостной. Каждый втайне думал о том, как устоять перед нвым ударом сдьбы.