Тайные похождения экспедитора Дубровского

Гринёв сегодня задержался в трактире дольше обычного, вышел по малой нужде, но справил её не с порога, как обычно, а зачем-то зашёл в конюшню, впрочем быстро вернулся и пошатываясь пошёл дворами в снятую им на постой избу, которая к удобству данного мероприятия находилась на краю деревни.

В этот раз наняты были для пущей верности сразу шесть мокрушников, в отличии от ворья, эти были гораздо плечистее. Убивцы растянулись гуськом, а собраться и закрыть своё мокрое дело решились перед мостом у ручья, чтоб потом скинуть в него тело.

У моста как и сговорились напали дружно, но почему-то только втроём.

Первый удар должен был прийти в темечко, а там…

Гринёв увернулся, ударил нападавшего почему-то палкой, а не саблей и истошно заорал:

– Батюшка, Пётр Андреич! Выручай, прибьют душегубы, а я ещё конька хранцузкого не пробовал!

Гринёв бросил палку и попытался убежать. За ним погнались уже двое. Третий душегубец свалился как подкошенный после удара палкой, то ли убитый, то ли контуженый. В темноте раздался лязг вынимаемой из ножен сабли.

– А ну стоять, сукины дети! А лучше лежать если жить охота! – сзади ринулся в атаку второй Гринёв.

– Смотри-ка, Пашка! Раздвоился чёрт проклятый! Хрен тебе! Убьём двоих – возьмём двойную плату!

В наступившей тьме было не разобрать, кто кричит, кого бьют, но ясно было одно – у второго Гринёва сломалась сабля, но он казалось видел в темноте и вовремя нашёл брошенную палку Гринёва первого. Бой шёл с переменным успехом, Гринёв первый отполз подальше и с тоской от стыда за трусость пытался разобраться в происходящем.

Меж тем Гринёва второго удачно пропороли в брюхо и резанули до самого бока. К удивлению и ужасу татей из брюха кишки не выпали, разлетелись во все стороны перья. Тати застыли в ужасе, за что и поплатились жизнями от мощных и точных ударов палкой в основания грешных черепов.

Конный патруль прискакал как всегда вовремя.

– Всем замереть на месте! Кто здесь Гринёв!

– Я, я Гринёв!– проблеял из кустов Гринёв первый.

– Нет, Савельич, теперь я Гринёв, -сказал Гринёв второй, вытирая кровь и пот со лба, – Господа, вот мои бумаги.

– Ну и заварили Вы тут кашу, Пётр Андреевич! – сказал удивлённый старший группы.

– Да уж, господа, пришлось окропить первый снежок красненьким. Почему задержались?

– Да виданное ли дело читать депешу с поэтапно расписанным Вашим будущим убийством, написанным Вами же? Мы подумали, да и не только мы, что Вы Пётр Андреевич, извините не в себе.