Кровь танкистов

 – Так вот, мы… ну, то есть те, кто сейчас занимается проектом, считаем, что нахождение в столь далеком прошлом человека из нашего времени, да еще и профессионального военного, может иметь абсолютно непредвиденные последствия для нашей реальности.

– Человека? – живо заинтересовался тот. – Или все-таки его психоматрицы?

– А разве это имеет существенное значение? – совершенно искренне удивился Логинов.

Несколько секунд Мякишев молчал, задумчиво шевеля губами, затем коротко дернул рукой:

– Право, не знаю, в конце концов, я физик, а не биолог и уж тем более не специалист по психофизиологии.

Просто вы сказали «человека», вот я и подумал… ладно, неважно. И что дальше?

– Повторюсь, – терпеливо ответил фээсбэшник. – Мы считаем, что, как вы выразились, психоматрица попавшего в прошлое игрока вполне может стать причиной непредсказуемых изменений нашей реальности. А это весьма опасно, думаю, вы со мной согласитесь. Причем тот факт, что мы пока их не ощущаем, вовсе не означает, что их нет.

– Я-то, возможно, и согласился, кабы знал больше, – задумчиво протянул ученый. – Слишком много неизвестных и неучтенных факторов. Безумно много. Уровень образованности, психологический фон перед и во время переноса, отношение к Великой Отечественной, наличие воевавших или погибших на войне родных, удовлетворенность или, напротив, неудовлетворенность нынешней жизнью, собственное желание что-либо изменить в настоящем, в конце концов…

– В точку, – негромко произнес полковник.

 – Согласно нашим данным, он всеми силами постарался бы изменить ход войны, поскольку крайне не удовлетворен своей нынешней жизнью.

– Своей – или вообще? – мгновенно отреагировал ученый. – Я ведь сказал, слишком мало исходных данных. Говорите уж. Я ведь чувствую, что это не все.

– Вы правы, – не стал спорить Логинов. – Ну да, в том-то и дело, что вообще, – Анатолий Анатольевич тоже умел интонировать нужное слово.

 – Знаете, что самое смешное? Наш нынешний фигурант – первый и единственный успешный случай полного взаимообмена разумами. И он, согласно заключению наших аналитиков, как раз из тех, кто обязательно попытается изменить прошлое во благо настоящего. Во благо Родины…

– А разве это плохо?! – живо осведомился пожилой ученый. – Разве вам самому не кажется, что в нашей нынешней жизни все не столь уж и радужно? Мне, например, очень даже кажется.