Мартынов. Неделя стюарда

 – Что же было дальше?

– В его корабль попал снаряд! – охотно ответил старик. – Взрывная волна отбросила моего деда прямо на палубу вашего корабля.

– А как назывался корабль? – спросил я.

– Не помню я, как назывался! – отмахнулся Юсуф.

– Не «Орлов» ли? – пряча улыбку, спросил я.

– Да, вот! «Орлов» и есть! – сразу ухватился за эту ниточку старик. – На «Орлове» он продолжил сражаться в рукопашную и убил многих, но всё же попал в плен.

– Так что же он живым-то в руки дался? – расхохотался я. – Сражался бы до последней капли крови!

– Не знаю, барин, – пожал плечами Юсуф.

– И что было потом с твоим дедом? – спросил я.

– Вскоре после этой битвы война закончилась, он принял подданство русского Императора и жил здесь, в Константинополе, торгуя лимонадом и мороженым, как это сейчас делаю я.

«Это уже больше походит на правду» – подумал я, до этого не поверивший ни единому слову в рассказе старика.

– И что, хорошо наторговал? – спросил я.

– Конечно! – ответил старый Юсуф.

Старый Юсуф достал и показал мне ключи с эмблемой «Руссо-Балта». Что ж, неплохо для мороженщика.

– Это наше семейное дело такое, торговать на пляже, – гордо сказал Юсуф.

– Никто тебе тут не мешает? – спросил я.

– Нет, Матвей Михайлович, – энергично замотал головой старик. – Городовой, если мимо идёт, всегда поздоровается. Я ему предложу то мороженого, то лимонада, так он ни за что бесплатно не возьмёт! Дочка у меня за врача выходит, Сергеев его фамилия.

– Хорошо тебе, Юсуф, живётся? – спросил я.

– Очень хорошо, барин! – радостно ответил тот.

– Так что же ты байки выдумаешь, что твой дед наших моряков убивал? – строго спросил я. – На «Орлове» мой родственник служил, лейтенант Александр Мартынов, что-то мне ни разу не рассказывали, чтобы он упоминал, что к ним на палубу Юсуфы прилетали и многих убивали в рукопашной!

Старик замолчал.

– Барин… может это и не «Орлов» тогда был… – замямлил он.

– Всё, что ты имеешь, в том числе платежеспособных клиентов вроде меня, ты получил благодаря тому, что твой дед проиграл в том сражении! – сказал я. – Если он вообще воевал, в чём я сомневаюсь. Скорее всего, он и во время сражения думал, как бы побольше мороженного продать.

– Прошу прощения, ваше благородие, – залебезил старик.