Мартынов. Неделя стюарда

– С кем? – я притворился, что не понимаю.

– С фрейлиной Аматуни, – нахмурился отец.

– Да ничего, – пожал я плечами, – я помог даме в трудной ситуации, проводил до машины, вот и всё. Вы сами так меня воспитали.

– Это-то понятно и естественно, – ответил отец. – Но важно, чтобы ты понимал: княжна Аматуни – не девка какая-нибудь простая, с ней нельзя будет просто расстаться. Если дойдёт до постели, ты будешь обязан на ней жениться, и князь Аматуни использует это как повод, чтобы породниться с нами.

Отец замолчал, задумавшись, как будто эта гипотетическая ситуация требовала разрешения прямо сейчас. Дед продолжил за него:

– Аматуни, конечно, не последний род в Российской Империи, но мы – это мы. Если они хотят с нами породниться, они должны дать нам, мне, как князю Мартынову, в первую очередь, что-то большее, чем просто подложить дочку под одного из Мартыновых. Даже под такого, как ты.

– Вы же знаете, что это невозможно по самой природе вещей, – ответил я.

– Знаем, – кивнул отец, – но также мы знаем, что вы, держась за руки, уединились в комнате, которая как раз для этого и существует, и провели там какое-то время вдвоём. Поэтому предупреждаю. Возможно, она действует по указке князя Аматуни, который решил с нами породниться, зная, что на такого жениха, как ты, спроса среди влиятельных родов не будет.

«Что ж, на сегодня я получил достаточно пыток и унижений» – решил я.

– Ваше Сиятельство, – намеренно официально обратился я к деду, – разрешите откланяться?

Князь махнул рукой. Я обозначил поклон деду, затем отцу. С облегчением направился к вертолёту, посмотрел на время. Цифры на часах меня натурально огорошили: оказалось, что с момента нашего прилёта не прошло и двадцати минут. Мне же казалось, что только одна пытка продлилась часа полтора.

– Барин, барин, – ко мне со стороны княжеского дома подбежал, дожёвывая что-то, Тарас и принялся меня оттряхивать от земли и травы, которые успели налипнуть на мою одежду, пока меня пытал неприметный господин.

– Да так, Тарас, не важно, – я махнул рукой.

Вертолёт доставил нас обратно к нашей машине. Тарас сел за руль, и мы отправились домой. У самого здания я увидел припаркованный автомобиль, показавшийся мне знакомым.