Шум, жена и скатерть. Повесть

Видимо, тоже забыла… В Венеции, насосавшись кьянти, я выиграл подряд около дюжины партий у разных людей. После каждого удара она смеялась и хлопала в ладоши. Она делала это так громко, так задорно, что один из подвыпивших посетителей подошёл и поинтересовался, сколько ей платят за это. К счастью, итальянского она не знала, и этот вопрос её не смутил. Думаю, что если бы знала, было б то же самое. Так же смеялась и хлопала в ладоши она, когда мы в отеле разбросали выигранные деньги по кровати, прежде чем завалиться в неё.

– Может быть, вам вызвать такси? – человек трясёт меня за плечо.

– У вас есть номера?

Он делает смущённую гримасу.

– Как таковых нет. Но есть несколько комнат наверху на случай приезда друзей или родственников.

– Во. Сейчас именно такой случай. Отведи меня туда.

– Я должен спросить у хозяина.

Пока он делает это, я успеваю выпить ещё и снова заснуть.

– Какая тяжёлая личность!

– В-в-весомая! – поправляю я, приоткрыв глаза.

Он не справляется, и подоспевшая маркёрша помогает, подскочив с другого бока. У неё сильные руки и твёрдая, мускулистая спина.

– К-как… Тебя зовут?

– На мне написано.

Она наклоняется, и бейджик оказывается у меня перед глазами. От него пахнет грудью.

– Кира… Принеси ещё текиллы.

Она пружинисто вскакивает и бесшумно движется к двери.

– И лимон.

Комната наполнена светом ночника, от которого всё окрашено розовым – стены, мебель, лосины, свисающие с подлокотника, и Кира, сидящая рядом с ними в позе, недвусмысленно заявляющей о том, что всё уже было.

Она берёт второй стакан и садится на край кровати.

– Ты остаёшься до утра?

– А денег у меня хватит?

Она заливается смехом, так что текилла из её стакана плещет на одеяло. Не в силах остановить приступ хохота, ставит стакан на пол и обхватывает меня за шею.

– Хва… та-а-а-а… ет! – её волосы щекочут меня. – Ты молодец, – говорит она, наконец отдышавшись.

До меня доходит, и я тоже улыбаюсь. Что ж. Проверить платёжеспособность клиента – это, пожалуй, их право. В конце концов у них была возможность поступить и гораздо хуже.

У неё маленькая грудь – как раз такого размера, что удобно играть в бильярд. Когда она прижимается ко мне, я вспоминаю холодное колено Ирины и скисаю.

– Что случилось?

– Полежи рядом.