Звездная пыль калибра 5,56

Ночное видение, подкрепленное функцией цветораспознавания, вмиг развеяло тьму подземелья. Но грязно-серые краски лишь на мгновение оставались скучными и блеклыми. Рядовой не успел моргнуть глазом, как их расцветила мигающая красная надпись: «Неопознанная цель. Дистанция шестьдесят метров».

– Тебя как зовут? – Микульский с подозрением оглядел молодого фалийца.

– Эр-рик, – проскрипел инопланетянин, прикрывая здоровенный синяк под глазом.

– Ты пилот? – Ян пригляделся к нашивкам. – Чего прятался?

– Пилот.

– Летаешь вот на этом? – Землянин указал в сторону серебристых стрел.

– Да.

– Что за штуки такие? Ни на пассажирские, ни на грузовые флаеры не похожи. Мы можем на них улететь?

Эр-рик молчал. Под взглядами корсиканцев он пытался держаться с гордостью и достоинством, хотя поджатый как у собаки хвост явно выдавал противоположные чувства.

– Ты смотри, этот козел вдруг позабыл интерлеви! – Мартинес уставился на фалийца как бык на тореадора.

Услышав такую угрозу, инопланетянин отпрянул назад и принял оборонительную стойку. Эр-рик не был трусом и, возможно, даже имел кое-какое представление о рукопашном бое. Правда, в поединке с Хорхе Мартинесом все его знания и умения ровным счетом ничего не стоили. Разевать пасть на опытного «головореза» мог только самоубийца. Наверняка убийством все бы и закончилось, не подоспей Микульский вовремя.

– Ну все… Он сам напросился… – Каталонец сделал угрожающий шаг вперед.

– Постой, – Микульский схватил напарника за локоть. – Может, мы что-то не так делаем или задаем не те вопросы? Пусть лучше с ним поговорит Дэя.

– Вряд ли у нее получится. – Обернувшись, Хорхе бросил взгляд на лурийку, которая недвижимо лежала на крыле одного из летательных аппаратов. – Доктор еще слишком слаба.

– Тогда зови Нагиру. Если фалиец ничего не скажет, пусть наш фокусник покопается у него в мозгах.

Микульский грозно посмотрел на Эр-рика, плюнул и ушел. Проводив его взглядом, Ян тяжело вздохнул и сосредоточил внимание на новом знакомом. Хотя судьба неоднократно сталкивала Микульского с фалийцами, он все равно никак не мог привыкнуть к их облику. С виду невысокая хрупкая женщина. Черты лица, грудь, бедра… ну, вроде все на месте, все как положено. А нет! Никакая это не женщина.