Сезон огненных дождей

Сильные руки Николая выдернули девушку из грубых космических ботинок, вознесли в небо, а затем развели ноги и мягко усадили ему на бедра.

Строгов несколько секунд просто удерживал ее на весу. Он словно не мог решиться. Его руки горели у нее на ягодицах, да он и сам весь горел. От этого Луизе было хмельно и сладко. Ведь пожар в могучем непобедимом Великом Мастере разожгла она, ни кто-то другой, а именно она! И это только самое начало. Дальше они вместе окунутся в настоящую огненную бурю.

Не желая больше медлить, Луиза обхватила Николая ногами и вжала его в себя.

Когда внутрь ее ворвалось сладкое и ласковое пламя, девушка тихо застонала.

Глава 9

«Добро пожаловать во второй день добровольных каторжных работ», – поприветствовал себя лейтенант Марк Грабовский, разбуженный омерзительным пеликаньем таймера. Сигнал долго звучал в гробовой тишине спасательного модуля. Никто из уставших, вымотавшихся людей даже не пошелохнулся, чтобы заткнуть глотку безжалостно-пунктуальному компьютеру.

А впрочем нет… На соседнем кресле кто-то заворочался, послышалась крепкая польская брань, а затем вместе с гортанным выдохом «ух!» воздух прорезал свист выпущенного метательного снаряда.

«Только бы не граната», – подумал Грабовский, переворачиваясь на другой бок.

Это была не граната, а скорее бомба, если учитывать с каким грохотом эта штука врезалась в приборную панель пульта управления. И, о чудо, электронный сверчок захлебнулся на полуслове. Через мгновение пассажирский отсек планетохода вновь наполняла благословенная тишина.

«Это же надо, попал! – сладко зевнув, лейтенант поудобней подстроил под голову оторванный от кресла подголовник. – Молодец Микульский, моя школа».

– Всем подъем! А то заспались мы что-то сегодня, – властный голос Мастера подействовал не хуже холодного бодрящего душа.

«Н-н-да… Это уже не компьютер. Этого просто так не заткнешь».

«Головорезам» ничего не оставалось, как согласиться с мнением Марка. Отовсюду послышалось чертыханье и робкое шарканье.

Именно такие звуки и должны производить живые существа, спросонья ступив на пол, который с креном в сорок градусов убегает из-под ног.

– И почему я не умер маленьким? – Грабовский, кряхтя, уселся на своем неудобном, но все равно таком желанном ложе.

Шутка лейтенанта не нашла поддержки у его соседа, пробудившегося на заднем ряду антиперегрузочных кресел. Куда больше Шредера взволновало отсутствие одного из его космических ботинок.