Оружейник. Книга четвертая. Приговор судьи

Дело, сейчас главное дело!

Первой частью нашего задания являлось как модно ближе подобраться к стене зловещего тумана. Вроде бы совсем нехитрая работа. Зверья на пепелище должно быть совсем немного. Что ему тут делать? Ни убежищ, ни пропитания, одна голая, глубоко пропекшаяся земля. Однако на Проклятых землях угрозой являлись не только лишь хищники, существовали еще и аномалии. Они наверняка никуда не подевались, они здесь, притаились, замаскировались и теперь ждут ротозеев, которые ловят гав и не смотрят себе под ноги.

– Первым иду я! – мой приказ вызвал вопросительные взгляды всех членов нашей небольшой разведгруппы.

– Что-то не так? – Леший нахмурился.

– Да тут все не так! – я рукой прочертил в воздухе широкую дугу, тем самым указывая на весь тот траурный пейзаж, что расстилался перед нами. – Не могу понять куда тут идти.

– Как куда? Туда! – Пашка ткнул пальцем в сторону черных гор, в которые трансформировались угрюмые тюремные корпуса.

– Туда, это понятно, – я кивнул. – Только вот не нравится мне эта дорога.

Произнося эти слова, я указал на довольно широкую, сравнительно ровную полосу земли, по обеим сторонам которой простирались все те же обугленные черные кучи, напоминание о жилых домах Медыни. На ней лежал толстый слой пыли, очень похожий на черный снег. И вот по этому самому снегу тянулась целая цепочка едва приметных холмиков или сугробов. Их мог заметить пожалуй лишь тот, кто знал что искать. На счастье полковник Ветров знал.

– Похоже, «муравьиная тропа», – я указал на замеченное мною образование.

Загребельный наверняка слышал о такой аномалии первый раз в жизни, но не стал о ней расспрашивать. Подполковника больше волновало нечто иное:

– Это точно? Придется обходить?

– Точно? – я хмыкнул с горькой иронией. – Была бы здесь трава или на худой конец просто обычная земля, я бы знал точно, а так… По конфигурации вроде похоже.

– А почему «муравьиная тропа»? – Пашка опередил с вопросом старика-ученого.

– Огненных муравьев помнишь? – я огляделся в поисках какого-нибудь камня.

– Ага, помню, – пацан энергично закивал.

– Так вот эта штука похожа на них, разве что неживая. Отсюда и название.

Наконец на глаза попалась увесистая оплавленная каменюка, и ее, кажется, можно было оторвать от спекшегося черного наста. У меня действительно это получилось, и метательный снаряд был немедленно вручен здоровяку Лешему. Когда чекист размахнулся и отправил глыбу в ближайший к нам черный сугроб, я прикрыл ладонью глаза.