И настанет день третий

Именно когда понимаешь это и начинаешь искать предыдущие главы, обязательно просыпаешься. Не хочу сказать, что мне улыбалось проснуться посреди беснующихся волн Атлантики, но ад – это уж слишком. Быть может, повторное погружение в небытие забросит меня в более приятное место. Итак, начнем:

– Диона, а почему Цербер накинулся на нас?

– Цербер охраняет границы ада и не позволяет грешникам переходить Ахерон.

– Но я ведь не переходил реку. Я наоборот прибыл с другой стороны, чтобы навечно поселиться в этом «уютном» местечке.

А ты… – я осекся неожиданно прозрев. – Реку перешла ты! Зачем?

Львица ответила не сразу. Похоже, она сама была в шоке от своей неожиданной смелости.

– Меня отправили встретить новенького. Так поступают всегда, когда грешник приходит не через врата, а попадает в ад из ЕГО личных владений. – Диона начала рассказ с самого начала, словно надеялась, что именно там отыщет причину своего поступка. – Я дошла до реки и стала ждать. Ждать пришлось недолго. В скалах открылся проход, из которого и вывалился ты.

Я уже однажды встречала одного несчастного. Именно в этом месте. Берег Ахерона усыпан большими острыми камнями. Ударившись о них, Исаак переломал себе все кости. Здесь, в аду, кости не срастаются, а раны не заживают. Поэтому вот уже много лет я вздрагиваю, когда он стонет. Я не хотела такой же участи и для тебя.

– И ты рискнула перейти реку. Словила меня, пока я еще катился по щебневому откосу.

– Да, я сделала это.

– И не побоялась Цербера?

– Все произошло так быстро, что я даже позабыла о Цербере.

Ну и дела! Горло сжал неожиданный спазм. Неужели в мире осталось хоть одно существо, готовое рискнуть ради меня? Я ведь одинокий волк. Семья была, да, как говорится, сплыла. Друзья? Самые верные друзья спят на дне морском, а те, что остались… а те, что остались, вряд ли готовы рискнуть своей сытой уютной жизнью ради такого неудачника, как я. И тут вдруг, откуда ни возьмись, такое невиданное самопожертвование, да еще со стороны дикого зверя.

Неожиданно мне стало очень тоскливо.

Конченый я видно человек, позабытый людьми. Даже во снах не удосужился человеческого внимания и помощи. Чтобы не скиснуть окончательно, я попытался подумать о чем-то другом.

– Диона, а Цербер один охраняет царство Кощея?

– Цербер охраняет ад, а про царство Кощея я ничего не знаю, – львица замедлила шаг и вопросительно посмотрела не меня.

– Для некоторой части человечества это одно и тоже, – я не стал углубляться в объяснения.