Деньги, Куба и литература

– А мы разве не навсегда туда летим?

– Зачем навсегда? Покупаемся, бананов поедим, кокса понюхаем вдоволь и домой к борщу и пампушкам.

– А как же Вадим, его общество?

Мэри внимательно посмотрела на подругу, та была абсолютно серьезной.

– А ты что реально хочешь там остаться?

– Конечно, я думала и ты останешься! Ведь это новая жизнь, это новый мир, мы дадим жизнь совсем другому поколению…

– О-о-о-о-о, – Мэри замахала руками. – Ты в это веришь?

– А зачем ты с ним тогда?

– Ну, тот толстый на меня запал и парень при делах.

Ума он не большого, поэтому можно подоить его немного. Да и вместе веселей на Кубу слетать! Может даже поживу с вами, попробую.

Катя снова уткнулась в каталог.

– Катюха, ты чего?

– Я думала ты с нами!

– Я с вами, просто мне надо немного больше времени. Я должна точно знать, что и как!

– Вадим расскажет, он знает, – оживилась подруга, глаза загорелись.

– Хорошо, завтра получим деньги и еще раз с ним поговорим.

Катя оживленно закивала головой, лицо светилось радостью.

***

С того момента он не написал ни слова. Словно маленькие человечки, которые до этого дня снабжали его идеями, обиделись и ушли. Да, он продешевил, он разменял их труд на пригоршню медяков, и они обиделись. У них, в отличии от него, еще была гордость. И вот он остался сам. А мыслей не было. Не было идей, не было сюжетов, не было даже желания писать. Словно эти человечки вынесли все, вплоть до завалявшейся банальности.

Оставили пустой голову и выпустили лень.

Даже водка с травой были тут бессильны. Первая не рождала идей, а только головную боль и тошноту. А вторая множила лень, а в мыслях появлялось все кроме сюжетных линий.

Он удалил электронную часть книги с литературных сайтов. Удалял быстро без сожаления. Долго держал палец над кнопкой delete, пытаясь заставить себя удалить написанное в компьютере и не смог. Это было глупо и противоречило контракту, но он не смог. Это было его чадо, его создание, его часть.

Это было сродни, как отрезать у себя часть тела, потому как тот текст был продолжением его. Да пусть написанное было от имени девушки, но чувства – нечто бесполое.

На тот момент он чувствовал именно так, и это родило те тридцать тысяч слов. Было ли это интересно и ново решать не ему, но людям нравилось. Нравилось не только знакомым и друзьям, но нравилось и совершенно незнакомым людям, читавших его произведения в интернете.