МАяТА -3. Сон совести

Рай единственное место, где совести не позволено преследовать за мелкие человеческие слабости тунеядства, прелюбодеяния.

ПРИТЧА 103. Пустили к Богу, и я сразу – к зеркалу, ба! а я-то уже в архиерейском облачении, и что-то вокруг головы-то светится, нимб что ли… .

Всевышний человечка надоумил, но сотворил человечек Бога по своему образу и подобию.

Совесть играет с огнем нищеты.

ПРИТЧА 110. Совесть, ради ближнего, готова все вынести из хаты, все, до последней корки, припрятанной мышкой в чулане с подвешенными к потолку копчеными окороками.

Совесть беспристрастна бесчеловечно.

Совесть свое отдаст, лишь бы счастье не тащило в дом барахло из секендхенда.

Дураку и совесть норовит щелкнуть по носу.

ПРИТЧА 102. А в аду совесть последние штаны для чертей не пожалеет, чтобы устроиться истопником и свести счеты со своим хозяином, всю жизнь державшем совесть в черном теле бескорыстия..

Только Богу совесть доверяет печаль своего бескорыстия, и Бог начинает верить в свое земное происхождение.

Совестливому тяжко быть человеколюбцем. По миру пустит стыдливая совесть.

ПРИТЧА. 113 Совесть надоедает Создателю напоминаниями, что последнее слово за ним, якобы, не желая выглядеть узурпатором его права ни казнить, ни миловать не посоветовавшись.

ПРИТЧА 105. Совесть не сеет, не жнет, но укоряет, не желает видеть, как мы выкручиваемся, – как бы не украсть, но себя не обделить, милостыню подать и себе хлебушка промыслить, вот и совести угодить.

Совесть в любви не нуждается.

Угрызения совести не так болезненны, если зубы золотые.

Себя выдрессировать для карьеры чиновника проще, чем совесть заставить взятки по мелочи не брать…

Совесть нации желтого цвета бульварной прессы.

Время и часы – гений и выскочка.

Смерть с будильником под ухом, спит с нами в одной кровати. Счастье что мы хотя бы не слышим, как тикает будильник смерти.

Не дай бог, душа заговорит! от стыда из дома сбежишь, куда глаза глядят.

Совесть гарантирует, что и на одре смерти – не проговорится.

Нежность душечки, – в нее проваливаешься с благодарностью, как в облако, не смекнув, с какой высоты придется шмякнуться, когда ветер подует в другую сторону.

Не осталось у женщин причуд, не воспетых портными.

Влюбленные воркуют о любви, и только в браке выясняется, что любовь имела ввиду воробьев.

Только перед совестью любовь опускает глаза от стыда.

Жалость единственное снисхождение совести и только к собакам.