Собачье счастье

Я увидел его дом. Он был много, много больше, чем наш собачий домик.

Подойдя к двери, хозяин скомандовал матери: «Сидеть. Ждать». Мать послушно уселась у двери. Хозяин открыл дверь, снял обувь, понёс нас в гостиную.

Поставив ящик с нами на маленький кофейный столик, он на минуту ушёл и появился с губкой и тазиком с водой. Он брал нас по одному, начиная с меня (он уже заприметил мою смелость и не напрасно наделяся, что я подам пример остальным) и, смачивая губку, протирал со всех сторон. Затем ставил нас на пол, а мы сразу же с интересом начинали исследовать новую территорию.

Затем хозяин, подойдя к двери, впустил мать и повёл её в ванную. Мы засеменили туда.

Дверь в ванную хозяин оставил открытой, и мы наблюдали, как мать с хозяином зашли в душевую кабину, услышали шипение воды и приятный запах шампуня. Через некоторое время они вышли, вполне довольные результатом.

«Теперь можете осмотреть тут всё, а я принесу ваши игрушки», – одобрительно сказал хозяин.

Начинался новый этап нашего обучения.

Сколько тут было интересного! Мать определённо бывала в доме раньше. Она показывала нам комнату за комнатой, терпеливо ожидая в каждой, пока мы всё исследуем. Конечно, мы норовили попробовать всё на вкус, но подоспевала мать и говорила, что хорошие собаки так не делают.

После долгого сна мы устроили свои шумные игры: мы катались, кувыркались в поединках, прыгали, бегали по комнатам, то и дело натыкаясь друг на друга и на стены в местах, где не было ковров.

Потом мать призвала нас к порядку и начала учить.

Я самозабвенно слушал о людях: какие они бывают, как их можно отличить, что нужно внимательно смотреть на человека и как понять, чего он хочет.

Чем больше я слушал о людях, тем больше мне хотелось любить их, служить им, быть с ними.

Пришло время ужина. Хозяин выставил миски с едой для щенков и для взрослых собак. Поскольку мы никогда ещё не ели твёрдой пищи, мать, подойдя к своей миске и созвав нас, показывала нам, как брать кусочки, как их раскусывать, разжёвывать.

Всё поняв, мы подошли к своим мискам и начали есть. Сначала это было неприятно: тёрло нёбо, дёсны, язык. Но мы терпели эти небольшие неудобства. Ведь так делают хорошие собаки.

Глава 4

Следующие несколько недель не отличались многообразием.

Мы все ходили за хозяином, вызывая его недоумение и смех. Иногда он давал нам вкуснейшие кусочки щенячьего лакомства, вкус которого отличался от того корма, что мы обычно ели.

Мать продолжала нас учить.