Верь в меня

Лампа под потолком угрожающе гудела и мигала, отбрасывая синие отсветы на застекленные шкафы и прилавки.

– Девушка, что бы вы могли посоветовать от ночных кошмаров? – полушутя обратился Денис в окошечко.

К нему обернулось худое длинноносое лицо, увенчанное очками с толстыми линзами, которые делали черные глаза стоящей за окошечком огромными. Левый глаз аптекарши заметно косил.

Денис сглотнул и поневоле отшатнулся, не подумав, что эта реакция могла аптекаршу обидеть. Просто сюда они с Мирой ходили частенько, в основном, конечно, за лекарствами для детишек, и помнил он в этой маленькой аптеке только двух фармацевтов-продавцов, полненькую Лену и темноволосую, с небольшими усиками, Анору.

– Ночные кошмары обычно лечатся правильными дневными мыслями, – в тон ему ответила косой фармацевт. – Если перейти меру, самое приятное превратится в самое неприятное.

– Да нет, правда. Мне бы такого… чтобы мыслей вообще не было, – брякнул Вишняков.

– А думать как раз полезно, – улыбнулась длинноносая. – Как говорится, думай о великом, наслаждайся маленькими радостями.

Ты смотри, не фармацевт, а философ! Прямо Сократ косоглазый!

– Но как раз мысли и не дают мне спать спокойно, – не сдавался писатель.

– Ну, спать спокойно мы все будем на том свете, – обнадежила странная продавщица, и Денис невольно сглотнул. – Валерьяночки попейте для начала…

– Я пробовал, – соврал Денис, – не помогло.

– А седативы без рецепта не продаются, – сказала женщина. – Распоряжение мэра Москвы, только месяц, как вышло. Или у вас есть рецепт?

– Если бы был, – посетовал Вишняков, решив, что возьмет странноватую продавщицу не мытьем, так катаньем и без снотворного из аптеки не уйдет.

– А как же тогда… – развела руками аптекарша. – Поймите, у нас все серьезно, есть распоряжение – изволь исполнять.

– Понимаю, – нахмурил лоб Денис.

– Понимаете, – женщина посмотрела так, что Вишняков так и не понял, куда именно она смотрит – на него или куда-то за его левое плечо.

Внезапно Денису стало немного не по себе. Да что там «немножко»! Ему стало жутко, и тянуло оглянуться или сплюнуть за то же левое плечо, но это выглядело бы уже совсем дико.

– А если… «как-нибудь так»? – продолжал канючить Денис, но теперь уже по инерции, его тянуло поскорее убраться отсюда.