Вдали от рая

Эти взгляды, эти паузы, эти обрывки вроде бы ничего не значащих, но таких многозначительных фраз… Даже шторы, задернутые на окне, показались вдруг символом их общего с Верой дома и общей – на двоих – любви… Смущенно, боясь, что женщина догадается по его лицу об этих мыслях, он поднял взгляд и только теперь увидел глаза Веры.

Какой у них удивительный, редкий, насыщенный изумрудный цвет! Зеленый, как дверь в клубе знакомств и в рассказе О’Генри. Дверь, за которой скрывается счастье…

Кухню заполняло смешанное благоухание кофе и сигарет.

– Я – по профессии врач… В этот клуб знакомств попала совершенно случайно…

– Я тоже случайно… Впервые, а вы? – он снова не решался сказать ей «ты», словно боясь, что это разрушит туманный романтический ореол, и она, видимо, почувствовала это.

– Так, была несколько раз… Давайте не будем об этом… – и опять пауза.

– Дома, наверное, волнуются, куда вы подевались? – с замиранием сердца спросил Виктор.

– Нет, это ни к чему. Дома меня никто не ждет.

После этого признания, сделанного как-то неохотно, молодая женщина опять надолго замолчала.

Виктор совсем растерялся, не зная, как понимать ее слова – то ли как ничего не значащее замечание, простую констатацию факта, то ли как многообещающий намек… И только увидев, как она, отодвинув чашку с коричневой гущей на дне, потянулась за салфеткой и аккуратно промокнула ею чуть тронутые розовой помадой губы, внезапно понял, что до ее ухода остались считаные минуты.

– Вы прекрасно готовите кофе, Вера, действительно, намного лучше, чем я. Я пил такой только в Вене.

– Благодарю вас. И за комплимент, и за приглашение домой, и за вашу помощь – там, в клубе… Но уже поздно. – Она поднялась со стула, всем своим видом давая понять, что беседа окончена.

Волошин неловко встал вслед за ней. Как остановить, как удержать ее? Она сама, без каких-либо расспросов с его стороны, обмолвилась о происшествии в «Зеленой двери», так странно связавшем их, и ему хотелось поговорить об этом поподробнее. Как жаль, что он так глупо молчал и только пялился на нее, пока они сидели за столом!.. Однако она права: уже поздно, часы недавно пробили двенадцать. У него больше нет причин удерживать ее.