Тот, кто стоит за плечом

Память сохранила только фрагменты, словно куски разорванной фотографии: купленное на рынке простенькое белое платье; прибывшая по такому случаю ее родня, немного испуганная и теряющаяся в столичной суете; Колин друг детства Владимир – тот самый мрачный тип из дискоклуба, который присутствовал при их знакомстве, и снова – удивление от холода его пожатия, когда он коснулся ее руки, чтобы поцеловать пальцы; скудный стол с привезенными мамой деревенскими угощениями – зарплата у Николая оказалась совсем маленькой, едва ли не меньше, чем у самой Оли; завистливые глаза единственной присутствующей подруги Оксанки: «Ну и повезло тебе, подружка! Москвича отхватила!.

. Хотя… Я бы взяла другого…»

Тогда Оля была счастлива, тогда она знала, что их семья преодолеет все трудности. Тогда рядом с ней был первый самый важный человек в ее жизни. Вторым, но отнюдь не менее значимым, стал Сашка.

5

Мысль о том, что надо бы начистить Сашке Сазонову ряшку, пришла Мише Гравитцу в голову как-то сама собой.

Пришла, наверное, в тот миг, когда он увидел, с какими счастливыми глазами вернулась эта сладкая парочка из кухни. Где, несомненно, обжималась со всех сторон, как могла.

И не в том было дело, что Мишке нравилась Лиля. Она казалась ему симпатичной – и не больше того. Барби, например, гораздо красивее. Да и Полинка Козлова как-то за лето подозрительно расцвела – наверное, уже женщина. Впрочем, ни до кого из них всерьез Мишке дела не было. Просто ему не нравилось, когда выпендриваются. И Сашка не нравился.

Ну не нравился, и все тут. Что с собой поделаешь?

Желание это еще укрепилось после случайного разговора с Маратом.

– Эй, Гравитейшен, – позвал его как-то на перемене охранник, – ты же в одном классе с Сазоновым учишься?

– В одном, – подтвердил Мишка несколько удивленно: раньше Робеспьер никем из класса не интересовался. – А что?

– Так, ничего. Любопытно просто. Странный, думаю, тип этот Сазонов. Ходит как генерал на плацу – типа он тут в натуре самый крутой. Да, в общем, ерунда.

У него папаша, кажется, мент. А менты – они все либо приблатненные, либо ссученные.

И Марат махнул рукой, словно ставя точку: мол, и так все с такими понятно, что уж тут разговаривать.

Они разошлись, но Мишка всерьез задумался о выяснении с Сазоном отношений.

И вот в один из последних сентябрьских дней, когда неожиданно вновь проглянуло солнце и на короткое время вернулось обманчивое тепло, Гравитейшен заговорил с Саньком на переменке.