Шапка live, или Через тернии в звезды

А ведь я целый год подрабатывала на покупки – писала глупые статьи для глянцевого журнала. У матушки два платья стыри… попросила, – объяснила Оленька самое важное, на ее взгляд.

– Я сейчас не то зарыдаю, не то завою, – со вздохом прошипела Выдра, рассматривая себя в зеркале на стене, трогая короткую прическу и прижатые к голове велюровые ушки. – Ты, Красная Шапочка, прямо вот так и иди, симпатичное платьице.

– Это ночнушка, – обиделась Оленька.

– Короче, я в ваших бабских нарядах мало понимаю, – проревел Михаил.

«Так это же повод увидеть Волка!» – обрадовалась Оленька. И тут же пришелся кстати звонок по смартфону. Красная Шапочка с удовольствием увидела на экране подружку Эльвиру Плотву.

– Я приехала в твою глухомань! – радостно заявила Эльвира.

– Точно, пора ехать! – снова взревел Михаил. – Быстрее, а то сожру обеих.

Громко топая, Михаил вышел из дома, а тетка Выдра быстренько переложила тонкими когтистыми пальчиками оладушки в найденный на кухонном столе пакет и туда же вылила клубничное варенье.

– Ты давай поспешай, – суетилась тетка Выдра, завязывая пакет. – Наш благодетель Михаил шутить не любит.

Глава 2

Глядя в бревенчатую стену деревенского клуба культуры, Волк по-своему переживал вчерашний случай.

Авария вышла какая-то несолидная, по большому счету никто не пострадал. Машина, въехав на поле со сжатой пшеницей, резко затормозила и перевернулась на крышу.

Красная Шапочка, за которой он бежал, оказалась на заднем сиденье с завязанным тряпкой ртом и связанными руками. Конечно же, из приоткрытого окна автомобиля Волк первой вытащил Оленьку. При ее идеальной стройности это было несложно, и он осторожно переложил девушку на скошенную пшеницу, стараясь не уколоть ее об острую стерню.

Неся девушку в деревенский дом Сказительницы, Волк чувствовал себя самым счастливым существом на свете. Беззащитная, притихшая после аварии, ненакрашенная, она казалась такой любимой и родной. Он чувствовал единение с девушкой…

Но на пороге дома их поджидали бабушка Мария Ивановна и Сказительница.

– Девочка наша, да что же у нее руки до сих пор связанные? – громко запричитали они.