Порог

Однако же простые люди вот так, невзначай, из ниоткуда и не появляются…

Первым соткался из воздуха высокий мужчина, грудь которого прикрывала кираса, а плечи драпировал тяжелый темный плащ. Взгляд его был хмур и пронзителен, да и глаза его, разные по цвету, черный и зеленый, усиливали впечатление несомненной опасности, которую излучал этот человек. Точнее, та сущность, которой угодно было принять человеческий облик. К ноге его жался огромный косматый пудель, черный как ночь.

Вторым, прямо из стены, выдвинулся коренастый и широкоплечий мужчина – с рыжими волосами и торчащим клыком – очень подозрительная и мрачная личность.

Он резко набросил на голову капюшон плаща, точно не хотел быть узнанным.

Третьей в комнату явилась умопомрачительная красотка с темными кудрями и чувственными губами, из камина выхлестнулся длинный и узкий язык пламени, мгновенно обрисовавший ее фигуру.

Она склонилась в грациозном поклоне:

– Приветствую вас, мессир, Князь Тьмы. Как прикажете нынче называть вас?

По хлопку ее в комнате появилось тяжелое, обитое вишневым бархатом кресло на львиных лапах, более напоминавшее трон.

– Называй меня Воландом, Бельфегор, демон праздности и лени, – опускаясь на предложенное место, ответствовал ей Повелитель мрака. – Некоторое время назад я прибыл из Германии, где наблюдал за жизнью Тевтонского ордена. Там, я слышал, в разговорах меня кликали Фаландом. Пусть их. Ну да ведь этот орден все равно плохо кончит. Позже, много позже и в другой, далекой и холодной стране назовут меня именно Воландом; впрочем, что мне мешает менять имена и заглядывать порой в прошлое и будущее по своему усмотрению, не так ли?

– Истинно так, – снова склонился в поклоне Бельфегор, оставаясь в образе пленительной красотки.

– Итак, что у нас тут? – перевел взгляд на младенца дух зла, и младенец вдруг плавно взмыл в воздух на высоту человеческого роста.

Он мирно парил, внимательно разглядывал свою ножку, чего малыши его возраста еще не делают, и совершенно спокойно относился к тому, что опоры под его тельцем не было.

 – Что ж, вам не откажешь в изобретательности и некотором сарказме, – вздохнул Князь Тьмы. – Седьмой сын этого несчастного невезучего человека, с сегодняшней ночи вдовца. – Он перевел взгляд на спавшего в кресле молодого мужчину и внимательно всмотрелся в его измученное лицо: – К тому же не среди сыновей, а среди дочерей, – добавил он. – М-да… А весь этот девичий выводок куда?

– В монастырь, Владыка, – ответствовал Бельфегор.