Имитатор. Книга шестая. Голос крови

В меру некрасивая, скорее жилистая, чем стройная, загорелая и очень, очень энергичная:

– Да откудова ж я знала? Эта кричит «ребенка украли», а эта, в брючках, фу-ты ну-ты, ну какая она мать? Ей в куклы играть, а не детей заводить!

– Ей двадцать три года.

– Да ладно! – Мария Викторовна недоверчиво сморщилась. – Уткнулась в свой телефон, а на коляску ноль внимания.

– Но ребенок-то с ней был, и не плакал, и убежать не пытался.

Та вздохнула.

– Да я сперва-то и не видала ничего. Только крик и смотрю – коляска валяется, а рядом эта, в брючках.

– Ее коляской ударило, она упала.

– Откудова ж мне знать! Думала, пьяная. Или, хуже того, обдолбанная. Они как дури своей нанюхаются, так и творят невесть что. Вот и стащила чьего-то ребеночка. Ну я ее и это… придержала. Чтоб, значит, полицию вызвать.

– Ту, что кричала про кражу ребенка, вы хорошо разглядели?

– Откудова ж! Я и не смотрела.

– Ну хоть мельком-то вы ее видели.

– Мельком? – переспросила та. – Ну… Юбка темная, длинная. Не совсем длинная, а вот по сю пору, – она провела рукой где-то в районе середины икры.

– Юбка? Не шаровары?

– Что ж я, юбку от штанов не отличу? Да видела я такие, видела, их сейчас много носят. Но те ж до щиколки, – она так и сказала «щиколки». – Юбка была. Темная, не то зеленая, не то коричневая, такая… между. В цветочек беленький, мелкий. Штиблеты белые, с полосками внизу.

Эля видела похитительницу снизу, и юбка должна была ей показаться короче. Но она шаровары не исключала. Впрочем, если это была юбка, колышущийся при быстрой ходьбе подол вполне мог создать впечатление «лишней» длины. Эта Мария Викторовна явно запомнила все лучше.

– Полоски поперек или вдоль? И… штиблеты – это что? Кроссовки? Кеды? Тапочки?

– Тапочки. Шнурков вроде не было. Полоски повдоль подошвы.

– Продолжайте.

– Не шляпа, а такая, вроде панамы, в дырочку, белая или желтая, волос почти не видно. Волосы стриженые, русые. Не, потемнее, чем русые. Ростом с тебя или повыше чутка, и потолще. Размер не скажу, майка у ней была здоровенная, широкая, и рукава длинные, не поймешь, что под ними. Но потолще тебя, это точно, не меньше сорок восьмого размера, а может, и пятидесятый или больше, под майкой да под юбкой не поймешь.