Имитатор. Книга шестая. Голос крови

Третий, которому велено было не допускать до «места» настырных зевак и просто случайных прохожих, сидел на спинке скамейки почти спиной к аллее, расслабленно попыхивая сигаретой. По сторонам глядел, конечно, но прохожих в обозримом пространстве не наблюдалось, а из зевак остались только две бабульки на дальней скамеечке.

Но несмотря на некоторую неточность замечания, старший из стоявших, невысокий, кряжистый, явно разменявший уже четвертый десяток и приближавшийся к пятому, лишь хмыкнул. Если парень пользуется сравнениями из советской киноклассики, а не из какого-нибудь блокбастера, ну и хорошо.

Не то что некоторые – он неодобрительно зыркнул на сидящего сержанта – которым одни космические боевики подавай, бах-бах, дзинь, пиу-пиу, ух, круто. И на работу потом глядят, как на скучную повинность. А из этого парнишки, пожалуй, толк будет. Интерес имеется. Вслух же сказал почти укоризненно:

– Так собаку же ждем.

– Да это ясно. А коляску-то… – он наклонил белобрысую голову к правому плечу, как щенок, столкнувшийся с чем-то неизвестным, непонятным.

– Балбес, – ласково объяснил старший. – Собаке ж чего-нибудь понюхать надо. Как она поймет, чей тут где след?

– А, ну да, – вздохнул молодой и тут же оживился. – Слуш, а ты не в курсе, кто приедет? Ну из кинологов.

– Кого пришлют, тот и приедет, а тебе зачем?

Молодой мечтательно закатил глаза:

– Там у них такая деваха есть – огонь!

Старший добродушно усмехнулся:

– Ну и давно бы подкатил, чего облизываешься-то?

– Говорю же – огонь! Я подкатил, типа позвольте вас… и приобнял так, слегка…

– И что?

– Что-что! Хотел-то сказать «позвольте вас пригласить», ну чтоб вежливо, культурно, в кино там или в кафе какое, а договорить не успел, она мне сразу – р-раз! И по физиономии.

– Ты чего, анекдот, что ли, не знаешь?

– При чем тут анекдот?

– Темнота ты. Поручика Ржевского юнкер молоденький спрашивает, как ему удается столько дам обхаживать, ну а тот типа объясняет, подхожу, говорит, и вежливо так: «Позвольте вам впендюрить?» Юнкер в изумлении: «Так в морду же даст!», а Ржевский ему: «Может.

Но чаще впендюривал». Дошло?

– Она решила, что я хотел сказать… ой.

– Салага. Надо было не так. Подходишь и спрашиваешь: «Оленька, ну или там Галочка, вы что предпочитаете: кино или театр?» Ну или шоколадкой бы угостил. К примеру. Ее как зовут-то?

– Да не знаю! Я даже лычку с фамилией на кармане прочитать не успел.