Барселонская галерея

А жили теперь далековато друг от друга. Лет десять назад, когда стало модным селиться за городом, Денис тоже решил обзавестись собственным «имением», тем более что для этого были все основания – волею судьбы дача отцовских родителей находилась не где-нибудь, а в поселке Раздоры, рядом с Рублевским шоссе. В советские времена, разумеется, никто и не предполагал, насколько престижным станет этот район – люди просто стремились иметь дачи недалеко от города и в красивой местности. Зато теперь у Дениса были все основания гордо заявлять: «Я вырос на Рублевке».

В конце девяностых Вербовским удалось выгодно прикупить пару участков, примыкавших к их даче, и в итоге, после нескольких лет строительства, они стали владельцами симпатичного коттеджа, окруженного садом в английском стиле. Дэн пробовал жить в Раздорах, но ему быстро надоело тратить время на поездку в Москву и обратно. И он вернулся в квартиру на Бронной, а Георгий Борисович остался в загородном доме и не на шутку увлекся «сельской жизнью», как это называл Денис.

Сын навещал его. Но не слишком часто. Все как-то было некогда – то работа, то личная жизнь, то другие дела, вот, например, покупка квартиры в Барселоне.

Дэн позавтракал в маленьком ресторанчике, вернулся в гостиничный номер, поглядел в зеркало, погладил ладонью вчерашнюю щетину. Бриться или нет? Пожалуй, нет. Так тоже обаятельно, да и времени уже в обрез. Сполоснулся под холодным душем, переоделся в джинсы и бежевый пуловер и, подойдя к бару, плеснул в пузатый бокал немного коньяка – на посошок.

Потом взял собранную сумку и бросил прощальный взгляд на комнату. Теперь он приедет в Барселону в октябре или начале ноября. И будет жить не в отеле, а в собственной квартире. А его любимый номер займет кто-то другой. И это стало неприятно.

По дороге в аэропорт Дэн решал, кому из своих подруг он позвонит сегодня. На всех времени не хватит. Дома он окажется только к вечеру. Разговор с четырьмя дамами сердца сразу – слишком большая нагрузка для организма, утомленного перелетом и путешествием из Шереметьева в Центр через многочисленные пробки.

Белла исключалась сразу. Хотя жаль – Дэну она очень нравилась. Смуглая, тоненькая, с какими-то то ли восточными, то ли кавказскими кровями, Белла была модным фотографом, ее снимки постоянно мелькали на страницах популярных журналов, не только глянцевых, но и серьезных. Дэну Белла казалась воплощением представлений о современной женщине. Она появлялась в его жизни, только когда сама этого хотела.