Б-11

Кажется, Макс боится не того, что снаружи бродит, а того, что в колодце сидит.

– За конспирологией тебе к нашей Ирочке, – хихикнул Генка. – У нее на все объяснение – пришельцы и этот, как его там, палеоконтакт. Кто бы мне, темному, еще объяснил, что это за ботва?

– Есть мнение, – охотно согласился просветить темного во всех отношениях Генку Феликс, – что когда-то давно на землю прилетали инопланетяне. Некоторые говорят, что они, дескать, переселили свое ДНК в обезьян, и так получились люди. Как по мне – чушь это все, но с упоротыми спорить – что с голубем в шахматы играть.

– Что у девки в голове? – вздохнул Генка, – Довелось мне с ней перетереть в вертолете. Мишка Мишкой, а проверить смазливую барышню на предмет женских слабостей сам Бог велел. Но м-мать моя, женщина, с ней вообще говорить невозможно! Она как будто в своем мире живет – с инопланетянами, пришельцами и еще какими-то зелёными человечками…

– Ладно, Ирка, – перебил его Феликс. – Но Макс, а, главное, Македонский… народ, вам не кажется, что они ведут себя странно? Я в смысле того, что они явно к этой шахте относятся с опаской.

– Что там может сидеть? – пожал плечами Волосатый. – Если, конечно, не принимать всерьез Иркины мансы. Мне она тоже спагетти на уши набросала – про какой-то Аркаим, Гиперборею, Биармию и тому подобную чешую. А помыслить логически – ну, что опасного может быть под землей в такой глухомани? Инопланетяне? Ага, нехрен им делать, под камушком торчать.

– Так я и не говорю, что там что-то есть, – возмутился Феликс.

– Блин, чего здесь не хватает, так это женского пола, – вскользь заметил Генка. – То есть, дам, вроде, дофига, а о звездах побалакать не с кем. Дашка с Максом; Ирка с ее братцем, как он ее терпит, нормальный, вроде, пацан; Танька, конечно, свой парень, но определенно не в моем вкусе. К Женьке, что ли, подкатить?

– Я те подкачу, – хмыкнул Волосатый. – Женька – наш человек, тоже с Сирийской компании.

– Поодиночке или вдвоем? – с невинным видом поинтересовался Генка, и едва увернулся от кулака Волосатого: – да шучу я! Понял уже, что тут без мази. Придется, видно, потерпеть до конца поездки, если в этих краях никакие амазонки не водятся.

– Не с нашим-то счастьем, – сказал Феликс. – Если тебя это успокоит, у нас та же ботва. Кстати…

Но что «кстати», Феликс так и не сказал.