ОТРОКИ ДО ПОТОПА

Успели бы пожить, блин, – клея нормального понюхать, пивка попить… Эй! А вон и твоя вагонетка назад катит. Быстро однако обернулся.

– Так днем без очереди.

– Хорошо, что без очереди… – оборванец ухмыльнулся. – Ты гляди, как трясется. Прямо медузоид какой.

Такие слова Сереге показались обидными, – как-никак Антон старался сейчас для подростка. Но вслед за чумазым тоже рассмеялся деревянным смехом.

Подбежал запыхавшийся Антон.

– Купил вот… Пироги на все деньги. Половина с капустой, половина с мясом.

– Конек-молоток! – подросток схватил пакет, заглянув в него, жадно нюхнул.

У него даже глаза притуманились, а нижняя челюсть по-акульи шевельнулась туда-сюда. Серега догадался, что чумазый оборванец зверски голоден.

– Ладно, валите. И плеер свой забирайте. Все равно отнимут.

– Кто отнимет-то?

– Да уж найдутся герои… У нас под землей тоже своих комиссаров хватает. Короче, пока! – он энергично рассовал трофеи по карманам, кивнул мальчуганам и, пыхтя, скрылся в люке.

Парнишки неловко отошли в сторону. Антон виновато потупился, позвенел на ладони мелочью.

– Всего сорок копеек осталось. Поделим?

– Да ладно… – Серега отмахнулся. – Я тут с ним поболтал, так ему уже четырнадцать стукнуло, представляешь?

– Да ты гонишь!

– В натуре, четырнадцать! А ниже нас с тобой. И ни жилья, ни родичей… – Сергей нервно качнул головой. – Рассказывал, что они там умирают под землей…

– По-настоящему?

– А ты думал – по-игрушечному? – Серега покачал головой.

– Ну да – на Анжелке женишься.

– Да не-е, я сейчас о другом… Я дело свое заведу. И на работу буду брать таких, как он. Чтобы, значит, жилье давать, кормежку. Они же на фиг никому не нужны, понимаешь? Ни одной живой душе!

– А как же Анжелка?

– Что – Анжелка? Тоже будет помогать. Жены – они всегда помогают мужьям.

Антон странно улыбнулся.

– Чего ты? – удивился Сергей.

– Да вон, – приятель кивнул куда-то в сторону. – Тарасик гребет. Молодец чувачок, не струсил.

Серега обернулся. Далеко-далеко, чуть ли не у самых ворот, действительно, проявилась знакомая фигурка. Волоча за собой мешок со сменкой, весь перекошенный от тяжелого забитого учебниками портфеля, маленький и неказистый, к ним брел Тарасик, тот самый, что первым догадался прокатить Анжелку на велике.