Падение Паденина. Мистический детектив

Понятливо усмехнувшись, полный мужчина наконец выцарапал сотенную купюру и протянул её старичку. Но тот не взял купюру, а вместо этого в мгновенье ока проворно выхватил портмоне из рук мужчины. Мужчина от удивления разинул рот.

– Эй, старик, ты это, не шути так, – угрожающе выдавил из себя полный мужик. Он начал наступать на старика. А старичок пятился-пятился задом, потом развернулся – и как сиганёт! Мужчина бросился за ним. «Люди, ограбили, помогите, остановите старика!» – пыхтя, кричал он на ходу, но желающих помочь ему не нашлось.

Старик легко свернул за угол дома, вдоль которого бежал. Полный мужчина, задыхаясь, прибавил скорости и тоже свернул за этот самый угол. Свернул и остановился как вкопанный. Старика, насколько хватало глаз, нигде не было видно. Ни души! Только фонари, что зажглись совсем недавно. Впрочем, какой-то паренёк, лет четырнадцати-пятнадцати, жался спиной к одному из фонарей. Полный мужчина поспешил к подростку.

– Слышь, паренёк, ты тут старичка с палочкой не видел?

– А что произошло, дяденька? – вопросом на вопрос ответил рыжий паренёк.

– Он у меня деньги украл! – выпалил раздражённо мужчина.

– Уж не эти ли? – Подросток завертел перед носом мужика портмоне, из которого торчали красные концы пятитысячных купюр.

– Это же мой кошелёк! – опешил полный мужчина и только теперь заметил, что подросток одет точно так же, как тот старичок. Да вот и знакомая деревянная трость!

– Пока, дяденька, – бойко попрощался паренёк, загоготал и дал стрекача вдоль домов.

– Пока, – пролепетал полный мужчина, не смея тронуться с места.

А дикий хохот подростка продолжал ещё долго сотрясать город.

4

Июльское солнышко оранжевым крылом освобождало город от ночной теми. Предвещая жару, оно быстро высушивало крыши и асфальт, всполоснутые ночью непродолжительным дождём. Весело зачирикали птички. А вот и заурчали двигатели заводимых машин. Будний город просыпался.

Зайдя в зелёный от насаждений сквер, дворничиха баба Клава с явным неудовольствием приступила к своей однообразной работе.

– Почти новая, – оценила баба Клава. Подобрав, он завертела в руках туфельку.