История пурпурных врат

Иным людям и не такое достаётся, ничего, находят своё место и живут в достатке да уважении. Дело то здесь не в ущербности тела, а в силе духа.

– А если не справлюсь? – Егорка решил довести разговор до конца, даже если Матвей рассерчает. Уж больно тема для него животрепещущая была.

– Не выдюжишь, душа твоя в преисподнюю навеки веков загремит. Хватит балакать. Завтра с утра рыбу на речку удить пойдёшь. После, полыни нужно будет заготовить. Утром расскажу где, а то, как обычно забудешь. – Отдал распоряжения Матвей, поднимаясь со стола, тем самым показывая, что пора ложиться спать.

– Погоди, Матвей! Будь ласков, расскажи, про какую такую другую жизнь ты мне на обратной дороге говорил? – Егорку очень заинтересовал такой переход после жизни. Ведь в библии чётко написано, после смерти в рай или в ад. Другого не дано.

– Спать иди! Я тебе сейчас устрою другую жизнь! Как в библии написано, так и будет! – Матвей рассердился, прежде всего, на себя. Надо же было такое ляпнуть! За это и на костёр к селянам загреметь недолго! В аккурат после отлучения от церкви! Местный поп, отец Георгий, на него уже и так, давно как на нечестивого еретика смотрит.

Случилось как-то по молодости у него видение, которое он запомнил на всю свою жизнь, в ту ночь его Марфа к нему во сне приходила. Было это три года спустя после того, как он здесь обосновался. Померла она и прощения просила, что отвергла его тогда. Довело её замужество с мужем-извергом до скорой могилы. И сказала Марфа ему тогда во сне, что в следующей жизни они обязательно встретятся.

Запали тогда эти слова ему в душу. Не мог он ей не поверить, даже в разрез церковным канонам. Теперь ждёт он этой следующей жизни, чтобы в ней склеилось то, что в этой разбилось.

Егорка был ещё здесь, наблюдая за задумавшимся учителем, тогда Матвей махнул ему гневно рукой и, удостоверившись, что тот полез в свой закуток спать, сам стал собираться на боковую.

* * *

Осиротел Егорка рано, семи годков от роду ему ещё тогда не было.

В память о едва перенесённой болезни, всё лицо у Егорки было покрыто рытвинами. Никто не смог избавить его от этой напасти, даже Матвей. А тут ещё и горб на спине с рождения торчит. Учитель сказал, что не по заведённому порядку он на этот свет появился.