Проклятие

Он опять пришел просить у меня денег для своей работы.

– Я тебе ничего не дам, – я кричал на него, – как ты мог довести до такого Иру?

– Моя Ирочка меня бы поняла, я истратил твои деньги на благое дело, ты что меня не поддерживаешь совсем? – Он удивленно посмотрел на меня. – Мне нужны еще деньги, пожалуйста, мне не к кому больше обратиться, я совсем недавно такую удивительную скульптуру нашел. Я же творю угодное богу дело, неужели, ты меня совсем не понимаешь? Это так просто!

Его внутренний мир был прост, он был творцом и все должны были всегда помогать ему.

– Игорь убирайся, – я указал ему на дверь, – я давал тебе деньги на одежду для Ирины и на ваше питание, а не твою работу. У тебя совсем совести нет?

– Я понял, что ты денег мне сегодня не дашь? – Он как будто не слышал меня, находясь за своей прозрачной непробиваемой стеной блаженного скульптора. – Тогда я зайду потом, может быть ты передумаешь?

Я заглянул в его глаза и ужаснулся, это были глаза сумасшедшего, он совсем не слышал меня и не понимал, что я говорю.

Видимо Игорь считал, что если я дал деньги ему один раз, значит потом буду давать постоянно, ведь он их тратил на красоту! Я развернул его, открыл дверь, и пинком отправил в коридор.

– За деньгами я потом к тебе зайду, – крикнул он на прощание и спустился вниз, что то еще бормоча себе под нос.

Бедная Ирочка, ее Семенов был очень болен, он даже не блаженный, а самый обычный, сумасшедший фанатик, неужели, она ничего не видит, или не хочет видеть? Может быть, она сама искала такого мужа и поэтому счастлива с ним? Я должен был срочно переговорить с ней, попытаться достучаться до нее.

Я схватил куртку и выбежал на улицу, но затем вспомнил, что не знаю их адреса, а в мастерскую к Семенову идти совсем не хотелось, тем более, что достучаться до нее я бы все равно не сумел.

Полгода назад расстроилась моя свадьба. Ира теперь жила с ненормальным скульптором, а я потерял своё вдохновение. Теперь еще этот странный сон, который мне часто снился после нашего расставания.

Прекрасная незнакомка в огненном платье протягивала ко мне загорелые руки и умаляла:

– Павел, помоги мне, я скоро погибну, я уже почти мертва, спаси меня!

Уставшая, измученная улыбка, затухающий свет темных глаз, черные вороньи волосы. Впрочем, сон, он и есть сон. Иногда мне казалась, что она очень похоже на мою Ирину, вот только Ира ко мне больше никогда не придет.