Молитва за меня, или Игра судьбы

Его оставили в покое, из-под бинтов виднелся один глаз, который почти не видел, голова полностью перевязана, – боль отступила, лишь колотило ознобом и невозможно было согреться.

Аркадий неторопливо огляделся вокруг. Он стоял посреди французского дворца в компании превосходно одетых мужчин и женщин в одеждах начала XIX века.

В зале светло, окна огромны, на дворе яркий солнечный день.

– Пожалуйста, ваш удар, месье, – маркер протянул ему странный кий с белым кончиком.

«Три шара, стол без луз… Карамболь[22 - Карамболь – игра на безлузном бильярдном столе тремя шарами.

– Скольких бортов должен коснуться мой шар?

– Три борта, месье.

Аркадий сделал удар с небольшим правым винтом[23 - Винт – удар кием в край битка, при котором шар получает вращение вокруг своей оси.]. Шар после соударения с прицельным коснулся трех бортов и тихо «прилип» к шару с точкой.

Аркадий с интересом наблюдал, как маркер, похожий на маляра, обмакивал в ведро с жидким мелом палки, являющиеся прародителями современных киев, и ставил их сушиться в деревянную стойку.

Резной бильярдный стол великолепен, сукно несколько поистрепано, хотя, возможно, это мел засыпал игровую поверхность, придав ей несвежий вид.

Массивное сооружение над столом, на котором располагалось несколько десятков потушенных стеариновых свечей, давало освещение в темное время суток.

– Отличный удар, месье. Разрешите представиться: капитан Франсуа Мэнго[24 - Франсуа Мэнго – французский боевой офицер, воевавший на стороне Наполеона, игрок, который изобрел и первым стал применять кожаные наклейки.

Аркадий соврал, оборачиваясь на голос:

– Я только что прибыл из… Луизианы.

Ему поменяли кий, и второй удар получился не менее красивым.

Третий раз «свой» шар прокатился совсем рядом с «чужим», карамболя не вышло.

Мэнго на вид не более сорока, хотя, возможно, его молодили военная выправка и отсутствие живота.

– Могу представить, что вы будете вытворять моими кожаными наклейками.

– Готов попробовать, месье.

Мэнго раскрыл ладонь и показал три серо-голубых кожаных кружочка.

– Позвольте?

– Конечно, – Мэнго протянул раскрытую ладонь ближе к Аркадию. – Это кожа зрелого оленя.

– Превосходно, месье.

– С большим удовольствием завтра представлю вам мое изобретение, месье, и составлю компанию за карамбольным столом.