Из серии «Зеркала». Книга I. «Лишние люди» (ред. 2)

Вдвоем кое-как они смогли уговорить ее встать, довести до постели, но воспаление легких она подхватила и снова оказалась в больнице.

3

– Устраивайся поудобнее, парень, – дружески хлопнул его по плечу Ларк. – Здесь, конечно, не отель, но тоже неплохо, правда, есть нечего, я, знаешь ли, живу на быструю ногу, но мы можем что-нибудь заказать.

Этот хитроватый в своей прямолинейности человек импонировал Джимми. Во всяком случае, толстяк-адвокат не скрывал своих желаний и не страдал ложной скромностью.

– Я друг твоего отца и адвокат, – представился он.

– Ясно.

– Мне тоже. Ты удивительно похож на свою мать.

Простой ход, но сработал.

– А вы ее знали? – заинтересовался Джимми.

– Да. Мы учились в одной академии, только на разных факультетах. Я в молодости любил погулять, твоя мать играла в местном оркестре, а по вечерам они с Джоном подрабатывали в барах. Знаешь, твой отец тогда не был таким занудой. Он говорит, что моя квартира холостяка неподходящееместо для такого парня, как ты, а я вот так не думаю.

– Он решил взять меня к себе? – напрямик спросил Джимми у Ларка.

– На пробный месяц, точнее оставшиеся три недели, – не смутившись, не опустив глаза, признался адвокат и тем самым окончательно растопил лед в отношениях.

Джимми уважал настоящих профессионалов, стремился учиться у них. Он вообще до определенного момента хорошо учился, и ему было обидно бросать школу, но просто числиться в своем потоке он смысла не видел, а работать на аттестат сил не хватало. Нужно было искать деньги и ухаживать за матерью, с этим он поделать ничего не мог, так что выпускной экзамен остался для него в районе прекрасного будущего.

Впрочем, Джимми утешал себя недурной мыслью, что образование вообще для многих случаев его жизни было излишеством, хватало своего ума и простой житейской наблюдательности, особенно если ты был готов довольствоваться малым и знал свое место. На небольшие деньги от подработки было даже легче перемещаться между куполами, чем имея постоянную работу.

Джимми много думал о будущем, моя полы после очередного тяжелого утра матери. Оттого-то в первые дни после ее смерти ему и было так отчаянно тоскливо, будто она подслушалаего потаённые желания, а ведь он любил ее, любил всем сердцем и все же допускал мысль о предательстве, как отец.

«Дурная кровь», – твердила ему бабка.

Джимми не был уверен, что она имела в виду свою, но доля правды во всем этом была.