Цепи Скорпиона – 2. Под звездой Саламандры

Твой, так сказать, дядька!

– И что же, – недолго думая, произнёс витязь, – ты усомнился, что я немедля не вырву его у вас? Если на то достанет у меня сил и будет воля Триглава?

– Не всё так просто, – заухал совой демон. – Не поспешай. А то оглянуться не успеешь, как…

Лукавый примолк. Поскрёб в затылке, где нечесаные, сбитые в колтун космы, образовывали спутанный клубок. А после приник к Святополку и зашипел:

– Беда в том, что, как только книга Велеяра окажется у него, он порвёт её на крохотные аркушки[20 - Клочки.

Он развёл лапками.

– Что?! – гаркнул Святополк.

– Тогда тебе конец. Тогда тебя, считай, и не было никогда на свете, – закатывая от наслажденья глаза, проблеял нечистый. – Тогда вместо Радомысла возникнет Мыслята, а весь твой род, все твои предки – Пересвет, Изяслав, Держислав и Ратибор… – он присвистнул, – исчезнут. И возникнут новые. Мыслята бедный этого сто годин ждёт… Но – везёт ему – недолго осталось.

– И целый век вы его томите? – глянул князь исподлобья.

– Извелись уже, – пройдясь по комнате колесом, пропищал бес.

И тут же предъявил витязю облезлый кончик хвоста, точно припорошенный инеем.

– Нет! – изрёк гридник. —Как клинком рубанул.

– Что значит: «нет»? – каркнул бес. – Ты что, не прочь отпустить врага? Он же тебя сничтожит. И глазом не моргнёт!

Святополк потянул руку к мечу.

– Воля твоя, князь, – с сожалением промяукал нечистый. – Воля твоя. Но – пожалеешь. Локоток кусать будешь…

– А то – не твоя забота. Сказал: отпусти, значит – отпусти.

И сын Ратибора стремительно вышел вон, хлопнув напоследок рассохшейся дверью.

– 12 —

А вокруг отчего-то сгустилась ночь. С лёгкой застенчивой улыбкой скользили по небу звёзды. Луна, глянув в сонном томлении из-за сиреневых облаков, поторопилась вновь зарыться в их пушистую перину, а молодой витязь обнаружил себя стоящим в окружении почерневших от времени, засохших деревьев. «Леший раскос»?

– Шёл ты, значит, шёл, – заскрипел тут чей-то сиплый голос, – и к нам дошёл.

Святополк разглядел во тьме корявый силуэт лешего. Этот, кажется, напоминал небольшой вязок.

– Я – Святополк, князь Роца, – склонив голову, промолвил воин, памятуя о том, что лешие – существа не чуждые учтивости и благородству.

– Рад познакомиться, – протянул руку-ветку леший. —Я о тебе слышал. Меня Вязом кличут.

– Дуб про меня говорил, наверное?

– Он. И потому не станем мы путь твой косить.