Цепи Скорпиона – 2. Под звездой Саламандры

Верно?

Она заглянула ему в глаза.

– Да, – проговорил витязь. – А Ратибор – мой отец. Но он погиб. И давно…

На челе её отобразилось страдание.

– Я знаю. И так жаль, что я не могу видеть его.

– А он, что – был у вас? – поинтересовался гридник, пытаясь уловить смысл произнесённой фразы.

Ведьма вздохнула:

– Он и сейчас здесь.

– Да ну? Как это? – удивился витязь.

– Кто к нам зайдёт, тот уж не выйдет, – ещё более непонятно ответила Цветка.

И будто на что-то решившись, прижала палец к губам, схватила витязя за руку и потащила за собой.

– 9 —

– Куда мы идём? – спросил сын Ратибора, когда смолкли вдали голоса беззаботно танцующих ведьм.

Юная мавка, не слова не говоря, встала на цыпочки, напечатлела поцелуй на его губах, а после тихо, едва слышно, шепнула:

– Очнись. Смотри!

И он увидел.

Не было вокруг никаких садов. Не было водопадов. Развеялись миражом. А на их месте чернел омут болотный, затянутый скользкой зелёной тиной. Слава богам, хоть девушка – ведьма юная – прежней осталась, не обратилась скрюченной беззубой старухой.

И вдруг, о Свентовит тривеликий! Как из тумана проступили в облике Цветки черты Меленоры. Мелькнули беззвучной молнией и пропали. Ускользнули, как утренний сон.

– Не сейчас. После. А пока – беги! – отвернувшись и, как бы надеясь утаить набежавшие внезапные слёзы, которые вовсе и не скрылись от взора растерявшегося князя, почти прокричала Цветка.

И указала на тропинку, что, затейливо петляя, стремилась в заросли ежевики.

– 10 —

Мир переменился опять. Святополк увидел себя стоящим на узкой утоптанной дорожке, а прямо напротив возвышались каменные столбы, изрезанные рунами и жестоко побитые временем и дождями.

Молодой князь оглянулся. И только руками развёл. «Где ж Ведьмина пустошь?» Позади него неприметным рыжим пятном сиротливо лежал совсем невеликий клочок земли, где вряд ли мог бы он сделать и пару шагов. И как бы сие не казалось невероятным, но, по всему, это и была обитель ведьм, так как природа там прятала свой лик в уродливых от вечного суховея морщинах, а чуть далее темнело зияющее горло теснины, где только что он и серый бились с драконом.

«Приснилось? Привиделось? Или?..»

Он потёр подбородок, потряс головой и даже постучал по лбу кулаком, надеясь что-то понять, но… И! Меленора? Как? Почему? Ответов, увы, не было. «И я тоже, ох как хорош! Зарок себе дал – ничему не верить.