Вторжение. За ними тьма

Его любимого слугу Доша, старика, который нянчился с ним с самого детства, наказали за какую-то надуманную провинность. Пожилой человек не мог теперь даже самостоятельно сходить на кухню за едой, а ухаживать за ним всем остальным было строго запрещено под страхом зеркального наказания.

Окончательно расстроенный Хат лично принес собранную по его распоряжению корзину продуктов, но входить в подсобку, где обитал Дош, не стал. Стыдясь поступков своих родителей, парень не хотел встречаться глазами с бывшим воспитателем.

Он оставил угощение под дверью, постучал и, не дожидаясь ответа, ушел к себе.

Отца с мачехой в резиденции сегодня уже не ждали – якобы неотложные дела вынуждали их остаться на ночь в городе. Значит, пообщаться с осведомленными людьми и выяснить у них реальную картину пока не получится. Так что, смысла оставаться в фамильном гнезде не было. Нужно узнать, все ли благополучно с родными Исы и забрать ее саму. Голодная и испуганная девушка, наверное, с ума сходит.

– Тони! – Хатгар успел переодеться и вымыть нож и руки от засохшей крови, – мне нужна лошадь.

– Мой милорд, лорд Ториен запретил, – раскаяние в голосе управляющего было почти искренним, – к моему глубокому сожалению, мы не сможем ослушаться. Мне так жаль, так жаль!

– Я хочу, чтобы мне дали лошадь, – отчеканил Хат, – ты что-нибудь придумаешь, я знаю.

Под взглядом молодого аристократа служащий проглотил заготовленные возражения и выкатился из его покоев. В семейном дворе пять скакунов: на трех из них уехали хозяева особняка со своим помощником, еще два запасных, которых не разрешили трогать.

Тони должен был найти лошадь в найм у кого-нибудь из соседей, но прошло слишком много времени, а управляющий так и не вернулся. Драгоценные минуты таяли.

В ожидании Хат покормил своих любимцев – двух здоровенных лохматых псов. Прыгая от радости при виде хозяина, животные чуть не разломали вольер.

Но стоило поспешить. Быстро сгущались сумерки.

Вероятно, в новых обстоятельствах ворота города будут закрыты после полуночи. Даже думать не хотелось о том, что Иса вынуждена будет провести эту ночь в штольне совсем одна.

Негодуя на нерасторопного слугу и пока отказываясь верить, что план провалился, Хатгар вынужден был покинуть резиденцию снова пешком. Пака, личного головореза его отца, сейчас не было на месте, он также уехал с родителями, а потому помешать молодому человеку уйти было некому.