Место под солнцем

Коллектив уже долгое время не менялся, последний человек добавился три месяца назад, лишние ушли еще до этого. Все давно поняли друг друга – зарплата зависит от выполненного объема, а не от времени, пока бригада топчет стяжку и дружно пьет чай в пакетиках.

Армен трудился в поясе, чтобы не повредить спину. Работяги перешучивались, кашляли от пыли. Кто-то зацепил тележкой шнур, из-за чего лампа упала, бросив длинный луч света по переходу, и высветила сидящего там на корточках Антона. Парни увидели, как он скорчился, бросили свои тачки и побежали к нему.

Бригадир опустил правую руку между ног и зажал ее коленями, в глазах у него стояли слезы боли.

– Поранился, – выдавил он сквозь зубы.

Через пятнадцать минут обработанного из чекухи водкой и забинтованного, Армен привез Антона к ступенькам «Возрождения» – ближайшего места, где можно было, правда, сосем не бесплатно, но получить медицинскую помощь.

15.

В телегу написал Nomad, по-нашему – Кочевник. Этот заочный Колин знакомый из сети обожал конспирологические теории, был помешан на секретных службах, тайных обществах и орденах, короче, был таким неисправимым, не взрослеющим романтиком.

Фирменную фразу: «Я тебе говорю, тамплиеры за этим стоят», – уже неоднократно слышал от него Коля.

Гениальный мальчик и сам имел особенности, а потому лояльно мог воспринимать таких ребят, которых другие безапелляционно записывали фриками. Он умело разжигал в Кочевнике интерес к определенным вопросам, бросая довольно солидный ресурс его мозга на поиск некоторых ответов.

Таким образом, любитель заговоров, словно дополнительная оперативка, ускорял работу всей системы.

Были и другие участники, чьими стараниями Коля получал необходимые ему данные.

Вместе при анализе социальных сетей они постепенно вычислили довольно большую группу в основном местных людей, которые не то, чтобы пропали без вести, но заметно изменился стиль их активности – некоторые, вообще, перестали вести свои страницы, у других просто радикально преобразилась их медийная, точнее, сетевая жизнь.

Словно разделилась на до и после.

Оставался открытым вопрос – после чего?

Но в эту проблематику Коля с Номадом и остальными единомышленниками, которых он пока до конца не посвящал в свое видение, погрузились не сразу.

Сначала их внимание привлекли достаточно неопределенные, на первых порах казавшиеся неубедительными, признаки такого «вялотекущего технологического коллапса», как Коля для себя обозначил это явление.