Бек: политический роман

Он думал о встрече с родными, которых не видел уже более пяти лет!

«Вот девятый дом, затем – одиннадцатый, а потом за угол, и вот он – мой подъезд!» – мысленно проследил молодой человек маршрут своего движения.

Виктор легко, тренированно пролетел два этажа старого пятиэтажного здания, остановившись на третьем у двери с жестяной табличкой – «квартира № 15».

Немного отдышавшись, он дважды решительно повернул ручку кругового дверного звонка. Послышались торопливые шаркающие шаги, и в следующий момент он уже обнимал своего отца.

– А где Леля? – спросил он у Платона Ананьевича, отстраняясь.

– Бабушке 82 года, так что уж сам поторопись к ней навстречу! – с легкой укоризной в голосе кивнул на соседнюю дверь отец.

Но не успел юноша подойти к двери, как она распахнулась сама: на пороге в старом, знакомом еще с детских времен шелковом халате стояла его любимая Леля. Руки пожилой женщины тянулись к внуку.

Теперь 63-летний отец и его мать жили вдвоем в прежней их квартире у Чистых прудов. Новая власть уплотнила жильцов, оставив бывшим хозяевам по одной отдельной комнате, санузел с кухней и свой отдельный выход на лестничную клетку.

Во многом в судьбе его родных положительную роль сыграл тот факт, что молодой человек являлся агентом спецотдела НКВД. Платон Ананьевич, прекрасный инженер, преподавал в паровозном техникуме, и на его зарплату жили оба пожилых человека.

Сестра, Ольга, вышла замуж и уехала с мужем, профсоюзным деятелем, в Ростов.

* * *

Отпуск пролетел как одно мгновение! Накануне дня его отъезда старая женщина, поманив пальцем, пригласила внука в свой «будуар».

– Ты опять уедешь надолго. Я боюсь, что больше уже нам не увидеться! – с тихой грустью в голосе произнесла она. – Я хочу подарить тебе кое-что на прощанье.

В руке Лэлех блеснул массивный золотой перстень, который Виктор ранее никогда у нее не видел. Перстень был выполнен в форме сферы с замысловатым вензелем в обрамлении персидской вязи.

– Что это за вензель? – спросил молодой человек.

– Это герб рода Каджари. Я рассказывала тебе о том, что у меня есть брат – Голям. Мы с ним – двойняшки. Когда мы родились, наш отец заказал своему ювелиру два одинаковых перстня с нашими инициалами: один для меня, а другой – для брата, разрезав фамильный бриллиант в двадцать каратов на две равные части.

– А где же здесь бриллиант? – удивился Виктор.