Иллюзии Красной Шапочки

Но сегодня, помня об обещании данном Клэр, рассказчики вели себя подчеркнуто сдержано. Доктор, не слышавший «чайной клятвы», с вежливым недоумением мужественно терпел неторопливые беседы о погоде, шотландском виски и музыке. Но через полчаса его итальянская кровь вскипела, и он воскликнул:

– Друзья! Если вы хотите, чтобы я умер от скуки, то продолжайте рассказывать свои колыбельные. Однако я обещаю, что буду являться каждому из вас в облике призрака в ночном колпаке, и мучить речами об ирландском клевере и валлийских гербах!

Все рассмеялись и, наконец, поведали доктору о мольбах мисс Клэрмонт, и поспешной клятве Джорджа Байрона.

– Это не беда, – улыбнулся Полидори, – ведь я-то не присягал на пудинге! Но я так же, как и вы, люблю нашу маленькую Клэр, и вовсе не хочу лишать ее сна. Бессонница чрезвычайно вредна! Поэтому сегодня я расскажу вам историю не столько страшную, сколько поучительную!

Доктор удобнее расположился в своем огромном кресле, его худое лицо искажал неверный свет стоявших на столе свечей, черные глаза блестели, а полные губы украсила улыбка, показавшаяся Мэри зловещей.

Лорд принужденно рассмеялся, отбросив с высокого лба непослушный локон. Клэр заворожено следила за каждым жестом Байрона. Перси вздохнул, приготовившись к очередному «занимательному» рассказу из богатой практики Полидори, или же, в лучшем случае, к вольному пересказу немецкой новеллы о неприкаянной душе.

– Вы, конечно, знаете, мои дорогие друзья, что я являюсь поклонником, и в какой-то степени учеником, своего великого соотечественника Луиджи Гальвани…

– Умоляю, доктор! – замахал руками мистер Шелли, – Только не об отрубленных лягушачьих лапках, оживающих от электричества!

– Разумеется, речь пойдет не об этом, Парцифаль, – холодно ответил поэту доктор.

Изучая красивое лицо мужа, Мэри в который раз подумала, что супруг ее гораздо более романтичен, чем умен.

* * *

– Жестоко, – заметила кукла, – неужели Перси так быстро наскучил тебе? Ты полюбила его, сбежала с ним…

– Да, это так, – ответила женщина, – но побег – это тоже скорее романтический, чем умный поступок.

И не забывай – я была безоблачно юна. И очень красива. А любовь…я не знаю!

– Ты и сейчас красива. А что произошло – я знаю! – заявила кукла, прыгая на одной ножке вокруг чернильницы, – Его стихи, глаза, слова! Ты влюбилась в Образ, а это все равно, что влюбиться в меня. Такой интересный опыт обязательно закончится весьма печально.

– Почему же? – спросила у неё Мэри, улыбнувшись.