Наследники

– У меня один вопрос, Панкрат, – сказала Ти. – Можно?

– Спрашивай.

– Почему твоя душа находится там? – спросила Ти, указав на шлем. – Когда она уже двадцать пять лет должна быть вот здесь.

И она ткнула пальцем Панкрату в грудь. Панкрат не сразу нашел, что ответить.

***

– Она обманула меня, мерзавка!

Этот вполне логичный вывод Панкрат сделал, когда пароходик уже прибыл в Кронштадт и причаливал к северной пристани. Ти молча кивнула. Матросы оперативно развернули сходни, и Панкрат с клоном первыми сошли на берег.

Мимо прошла, пританцовывая на ходу, цепочка "индусов". На вид все они были европейцы, но в оранжевых одеяниях и с такими же музыкальными инструментами в руках. Даже "межнациональный" бубен, и тот был оранжевого цвета. В этом сезоне была мода на всё индийское.

"Индусы" громко распевали на ходу индийскую народную песню: "поспели вишни в саду у Хари Кришны! У Хари Кришны поспели вишни!" Простенький текст легко запоминался и отлично подходил для мыслеблока.

Покинув пристань, они с Ти направились по дороге вдоль берега. Дорожка считалась пешеходной, и вместо булыжников была вымощена плиткой. С одной стороны стояли скамеечки, обращенные в сторону берега. За ними зеленел газон. Деревья ветвями укрывали скамеечки от палящего солнца, но на них всё равно никто не сидел.

– Вот ведь какая ерунда получается, – говорил на ходу Панкрат. – Я ведь почувствовал, что она говорит правду. Понимаешь? Почувствовал. Я действительно в прошлый раз умер именно там и именно тогда.

– А кроме нее там никто больше не умирал? – спросила Ти.

Панкрат еще раз прокрутил в голове обстоятельства того давнего дела.

– Умирал, – сказал он. – Тогда же погиб ее брат Павел. По одной из версий он подстроил ее гибель, но кто-то из зрителей это сообразил и проломил ему башку.

– Наверное, – ответила Ти. – Тебе виднее, я в этом не разбираюсь. Но если ты действительно ее убил, то не удивительно, что она обманула и подставила тебя.

– Кому хуже сделала? – проворчал Панкрат. – На внутренних запасах этот мозг проживет часов десять, не больше. А потом – смерть.

– Так она уже убита, – отозвалась Ти.

– Хм… Да. Надо с ней еще разок поговорить.