Десница святого

Он был полностью погружен в свои мысли и не замечал ни встречных, ни капель дождя, которые весело барабанили по его лысине.

Затем путники обогнали телегу, запряженную парой старых кляч. Лошадки еле переставляли ноги. Тимофей даже поначалу решил, что телега просто стоит на улице в ожидании, пока разгрузят товар. Слева от улицы располагался рынок, и клячи аккурат поравнялись со входом. Вход обрамляла арка из очень светлого песчаника.

На самом рынке кого-то с азартом ловили и, если бы поймали, мало бы ему не показалось! В руках у ловцов было не только традиционное для подобных случаев дубьё и первые попавшиеся под руку предметы домашнего обихода, но и копья, и даже мечи, а народу набежало просто тьма! Вся эта толпа с криками «Держи вора!» и «Ищи его!» металась по рынку, опрокидывала лотки, одновременно переругиваясь с их владельцами, и совала нос в каждый темный уголок.

На другой стороне улицы стоял и глазел на погоню водонос. Это был молодой человек, загорелый и жилистый, которого на первый взгляд можно было принять и за европейца, и за араба.

В общем, для здешних земель ничем не примечательный. Его одежда была того же цвета и оттенка, как и стены вокруг, и в спешке можно было не то что не обратить на него внимания, а и вовсе не заметить. На плече водоноса висел здоровенный бурдюк. Правила строго-настрого запрещали ставить сосуды с питьевой водой на землю, и водонос подпирал им стену дома.

Когда путники поравнялись с водоносом, Тимофей окликнул его:

– Эй! Что тут случилось?!

Он кивком указал в сторону рынка.

– Так вора ловят, господин, – неспешно отозвался водонос.

– А что он украл? – спросил Карл.

Водонос пожал плечами.

– Так рынок-то хлебный, господин рыцарь, – пояснил он. – Наверное, хлеб и украл. А может быть, деньги у какого-нибудь торгаша. Из-за куска хлеба они бы вряд ли так всполошились.

– Да, похоже на то, – Тимофей кивнул. – Причем немалые деньги.

– Так хлеб всем и всегда нужен, господин, – охотно поддержал разговор водонос. – Вот все им денежки и несут.

Тут немудрено и подкопить. – И после небольшой паузы он добавил тише и ворчливее: – А я с такой непогодой останусь сегодня голодным.

На самом деле дождь уже начал стихать, но до той изнуряющей жары, когда усталый путник готов отдать золотые горы за глоток чистой воды, было, конечно, еще очень и очень далеко. Карл бросил водоносу медяк. Тот ловко поймал монету на лету и низко поклонился.

– Благодарствую, господин рыцарь! – крикнул водонос.