Ворон. Скафандр Богов

Главгер повиновался.

Ночь проглотила их в пути и в молчании. Свет звезд едва дотягивался до горного ущелья, парень не видел перед собой даже холки коня. А тот безмятежно ступал по каменной дороге, эхо от восьми копыт летело вперед, превращаясь вдали во что-то зловещее. Стрелец был погружен в себя, в нем смешались разные чувства: обида на Ворона, учтивое приглашение которого так резко контрастировало с последующим хамским отношением; собственная криворукость, благодаря которой вылупился этот уродливый ник (и да, Гэгэ был согласен, что не самый умный, однако и не самый тупой человек в природе); гадкое чувство унижения перед этой неотесанной солдатней; чувство благодарности Ворону за то, что… Стрелец до конца так и не разобрался, за что он благодарен магу: наверно, только за ремень, больше ведь не за что пока, вроде.

– Извини за этот спектакль, – первым нарушил молчание Ворон. – Не хотелось вызывать подозрение и толки в простонародье. Никто не должен узнать, кто ты такой и зачем прибыл. А вежливое обращение грозного мага с новичком привлечет внимание, сам понимаешь.

Помнишь, я говорил о «внезапном актере в неожиданной пьесе»? Старайся мне подыгрывать. С ником, правда, у тебя действительно казус вышел, но ничего не поделаешь теперь, повторный вход в игру невозможен.

– Да ладно, ничего. Я не обижаюсь. Просто подумал: вы, Темные, живете ночью. Как вы видите в темноте?

– Темные в темноте. С тем же успехом ты мог бы засунуть голову в озеро и прокричать: рыбы, как вы плаваете в воде, здесь же мокро?! Я тебе отвечу: наше зрение прекрасно адаптировано к ночной жизни.

Но дневной свет приносит настоящую муку.

– И кони ваши тоже так адаптированы?

– Лошади сами по себе отлично видят ночью… Ты, кстати, так ловко поднял мне настроение, что я забыл снабдить тебя одной полезной вещицей. Совсем вылетело из головы, что вы, земляне, не видите в темноте. – Перед лицом Гэгэ вдруг возник тусклый предмет, рассеивающий робкий фиолетовый свет. Излучение становилось ярче, пока не оттеснило ночной мрак вокруг них на три-четыре метра.

Он увидел, что шарик не парит в воздухе сам по себе, а держится на шнурке в руке Ворона. – Нацепи-ка на пояс, – сказал маг.

Гэгэ осторожно взял фонарь. Другой конец шнурка заканчивался приспособлением вроде карабина, отчего шар напоминал елочную игрушку. Стрелец без труда закрепил фонарь на ремне (которым он уже явно гордился и сгорал от нетерпения применить Кусачую Стрелу).

– Почему свет фиолетовый? – спросил главгер.