Имперская мозаика

Треснули позвонки и с громким хрипом враг забился в конвульсиях. Хаттар, оттолкнув от себя тушу затихшего противника, долго лежал, приходя в себя и давая передышку отбитым внутренностям. Наконец, скрипя зубами, он заставил себя подняться.

– Вот и птичку захватили, – бормоча себе под нос, гурянин подобрал свой карабин и оружие двоих охранников и забрался в летательный аппарат, – Первый трофей. За это и пары сломанных ребер не жалко.

Толл рассматривал незнакомую панель, стараясь понять алгоритм управления. Опыт общения с техникой людей и тьяйерцев позволял надеяться на то, что даже у не совсем близких по физическим параметрам рас, транспортные средства близки или хотя бы понимаемы в управлении.

– А что нам терять? – Хаттар почувствовал, как от боли и ощущения опасности рождается кураж, всегда помогающий в сложных ситуациях, – Нам нечего терять кроме своих костей.

Аппарат дрожал всем корпусом, но поднялся немного и, сделав несколько судорожных движений из стороны в сторону, устремился все же туда, куда направлял его новый хозяин.

* * *

– Господин, к вам советник наместника Алайгда, – слуга учтиво склонился перед хозяином.

– Советник? Что ему нужно в столь ранний час? – Халил Амат Бергштайн, известнейший в прошлом генетик и могущественный призрак ныне, оторвался от любимой возни с созданными им самим и его учениками-сподвижниками, растениями, – Черт его принес. Ладно. Проведи в кабинет.

– Тили Йаки, господин, – слуга, не поворачиваясь к хозяину спиной, вышел.

– Тьяйерец? Ненавижу этих недоносков. Как жаль, что они не стали воевать с людьми как гуряне. Может быть, сейчас не пришлось общаться со слизняками, – с сожалением оставив свою оранжерею, генетик не спеша перешел в кабинет. Там уже ожидал его, не смея сесть, тощий длинный тьяйерец в строгом деловом костюме с положенным по этикету советнику наместника медальоном на шее, символизирующем власть разума.

– Господин Бергштайн, я приветствую вас от своего имени и от имени господина Алайгда, наместника Триона. Я прошу вас извинить меня за причиненное беспокойство. Но у нас появились некоторые проблемы, которые требуют вашего совета, – Тили поклонился, натянуто улыбаясь.

– Если бы вы причинили мне беспокойство, вас уже к вечеру отпевали бы по вашим дурацким обычаям. И не надо мне так гнусно улыбаться. Я не самка и в ласках не нуждаюсь.