Война Иллюзий

Хотя некогда именно там я подпал под влияние Человека в Черном, освободившись с вашей помощью от этого влияния, я продолжил свои… исследования на этой планете.

– Вы знаете, что контрабанда из иных миров строго запрещена в Вечном Городе?

– Сейчас не об этом! Так вот, там я стал свидетелем собрания силы, именующей себя Тёмным Орденом.

– Эта мелкая политическая партия из Королевства Тарр? Почему нас должна волновать политика мира, который даже не входит в Империю?

– Дослушайте до конца! Мастер, возглавляющий Тёмный Орден, а также его правая рука, именующая себя теперь Плетью, встречались там с Холдоффом и Человеком в Черном.

– Хм… продолжайте.

– Плеть, которая тогда еще звалась Ниматой, привела с собой своего личного раба. Он представлял из себя жалкое зрелище – руки и ноги обрублены по локти и колени соответственно, так что он с огромной болью передвигается на четвереньках, язык вырезан, рот зашит, не хочу даже думать, как и чем она его кормила… Короче, такого и врагу не пожелаешь, видимо, он очень ей чем-то насолил.

Холдофф же привез из Гермесис Базара некий доспех – военные разработки Рогенхайма, во всяком случае, клеймо в виде красного дракона там и правда стояло.

Когда доспех достали, Мастер сказал: «Креол, до своей ошибки ты верно служил мне, еще во времена Белого Ордена! Теперь твое тело снова послужит мне!»

На это Нимата возмутилась:

«Мастер, он – моя игрушка! Вы сами отдали его мне! Тем более, если я не буду пытать его, как я смогу питать вас силой его страданий?!»

– Вы так хорошо запомнили разговор?

– Не забывайте, я владею темпоральной магией, так что за счет отмотки памяти в прошлое, я могу идеально воспроизвести всё, что видел.

Так вот, Мастер ей и отвечает:

«Я заплачу тебе за эту игрушку! Более того, отныне страданиями ты будешь питать не меня, а себя! Ты перестанешь быть моим прислужником по имени Нимата, а станешь полноценным вампиром по имени Плеть! Я дарую тебе бессмертие!»

В общем, он пронзил её сердце черным кинжалом, а затем из его рта прямо ей в рот полилась какая-то отвратительная черная жижа, её кожа побледнела, а глаза почернели, а затем она резко захохотала нечеловеческим хохотом…

– Слушайте, вы точно ученый, а не писатель?

– Простите, увлекся, очень уж красочно всё было.