Преображения Павла Волгина. роман в стихах

Не коммунизма ли рассвет

Сейчас бесплатный интернет?»

Пётр:

«Намерений благих дорога

Ведёт не в Рай, а прямо в Ад.

И прожектёров тоже много,

Что поделить всё норовят.

Адама Смита мы ругаем,

Как будто, в самом деле, знаем,

Чем деньги в мире заменить

И в чём Добро своё хранить.

Все ритуалы соблюдают.

Кто в Мекке, кто в святой Земле,

Кто хлеб кошерный поедает,

Кто – с меткой Кришны на челе…

Всех равно смерть серпом срезает.

Бог все грехи заране знает.

Смерть каждый смертный заслужил,

Не важно, как он жизнь прожил.

Кто верит в благодать – наивен.

Ведь человек – как таракан.

Он так же гадок и противен,

В бутылку лезет и в стакан.

Он ждёт любви от Бога рьяно,

А тот – как забулдыга пьяный,

За ним, схватив башмак, следит.

Не увернёшься, угодит.

Какую ж вывел он породу,

Отсеивая простаков?

Проныр, пройдох, хапуг и жмотов?

Венец творения каков?

Смеётся он над благородством,

Как над пороком и уродством,

Над честью, совестью, умом,

Сравняв их с грязью и дерьмом.

Хитрец бессовестный и злобный,

Венец распутного ума

Червю подобный иль микробу,

Он грязен как земля сама.

Его расчёты злы и гадки,

И нет в нём никакой загадки.

Он – кукла глупая страстей,

Своих желаний и затей.

И это есть подобье божье?

Иль Бог о нём совсем забыл?

Иль справиться теперь не может

С той силой, что в него вложил.

Жизнь – снежный ком, что вниз стремится.

Она – спектакль без репетиций,

Где случай правит всем простой,

А Бог – лишь зритель пьесы той?»

И мысль, и жизнь – тьма комбинаций,

Как кристаллический узор,

И будет вечно продолжаться

Безволия и воли спор,

Среди безмолвия – мотивы,

Калейдоскопа переливы,

Всё – только глупая игра,

В которой смысла – ни на гран.

Наш разум объяснит и звёзды.

И смысл в бессмысленном найдёт,

А тот, кто этот хаос создал,

Как с мышкой кот игру ведёт.

С небес он в этот мир нас бросил

Искать ответы на вопросы.

И как Хайям я убеждён:

На нас проводит опыт он,

Или заранее всё в мире

Подлунном определено

Творцом пространства и эфира,

И в этом истины зерно.

И всем свои достались роли

Программой данных в жизни лет.

И если есть свобода воли,

То это значит – Бога нет.

И Пётр продолжил речь лукаво:

Пётр:

«Ты думаешь, я атеист.

И циник, ценящий лишь славу,

Но нет, пред совестью я чист.