Преображения Павла Волгина. роман в стихах

В чём жизни смысл – в познанье мира

Иль в исправлении его?

В чём способы, чтоб видеть шире,

И как из хаоса всего

Одно собрать изображенье?

В чём скрыт секрет преображенья,

В чём связь крещения с водой,

И как нисходит дух святой?

В душе он тоже был поэт,

И романтизм не чужд был Павлу.

Но хоть порой стихи писал он,

Свой дар болезнью юных лет

Считать, как многие, был склонен,

Был без застенчивости скромен,

И то стихами мог считать,

Что вновь и вновь хотел читать.

В своих стихах он не подругу,

Красу вселенной воспевал.

Границу жизненного круга

Границей он не признавал.

И место человека в мире,

И солнца и планет в эфире

Понятно было для него.

Он не от мира был сего.

Проблемами вселенной занят,

Он жизнь вокруг не замечал.

Не озлоблялся, не ворчал,

Надеясь, что жизнь лучше станет.

Стремясь быстрее в угол свой

Вернуться к книгам, сам с собой

Нередко в спор вступал научный,

И жизнью жил совсем не скучной.

Он лишь поэзию читал,

В свободу, словно в Бога, веря.

Соцреализм, же, он химерой,

В отличье от неё, считал.

Другой реальности доверясь,

Он знал, что здравый смысл —

тут ересь, И мысль свободную ценил,

Что в этих книжках находил.

На взлёт мог Павел отличать

Хороший стих от словоблудья,

Так разбирался он и в людях,

Хоть на себе носил печать

Беспечности. Жил днём единым

И был немного нелюдимым,

И искушений избегал,

Что мир подлунный предлагал.

Так с Бродским был герой мой схожий,

Любил читать стихи его.

Что, может быть, важней всего,

И в чём ещё они похожи,

Они поэзию любили

И в ней начитанными были,

До Бродского и мне сто лет,

Второго же такого нет.

Но грань безумья и рассудка,

Где и родится волшебство,

Дана немногим, словно в шутку,

И может так лишь меньшинство

Нежданный образ вызвать словом,

Хоть правила игры готовы

Не все принять. Но тот и тот

Их принимали без хлопот.

Был Павел нетерпим к порокам,

Не мог их в доблесть превращать,

Он подлость не умел прощать,

И тем он был к друзьям жестоким,

И принципы он старомодно,

Что было очень неудобно,

Терпимости предпочитал,

За что порой он и страдал.

Такие люди раньше были.

Они одну всерьёз любили

Пришелицу из сладких грёз.

И принимали всё всерьёз.

Ей верность в мыслях соблюдали

И ревновали и страдали.