Халва

Конечно, положение у него отчаянное, но разве зимой, когда их застала вьюга на горном перевале, было легче? Зинак не выдержал, бросился бежать, и его так и не нашли. А Ширшан обнаружил щель в скале, туда они забились и переждали непогоду.

– Понравился плов? Это я сама сделала.

Ишан с удивлением посмотрел на Маташ.

– Я думал, слуги.

– Здесь никого нет, кроме меня и отца, поэтому я так и скучаю. Давай играть.

Ишан не хотел, чтобы она сразу взяла над ним верх, а то не успеешь глазом моргнуть, оседлают и на спину сядут.

– Во что? – спросил он, когда они вышли наружу.

– Во что дети играют.

– А во что именно?

– Ты что, не знаешь?

– Мальчишки и девчонки играют в разные игры. Я ваших игр не знаю.

Маташ опешила.

– А что, вместе они не играют?

– Нет.

– Ну, давай в мальчишечьи.

– Хорошо. Давай в Бараний лоб.

– Это как?

– Подходим к камню и по очереди стучим лбом по скале. Я твоим, ты моим, и каждый раз все сильнее. Пока кто-то пощады не попросит.

Маташ испуганно посмотрела на камень.

– А это не больно?

– Зато весело.

У нее был такой обескураженный вид, что Ишан не выдержал и расхохотался:

– Тебя провести много ума не нужно!

Маташ слабо улыбнулась:

– Ну да, меня никто никогда не обманывал.

– А у нас это запросто, зазевался, а тебя уже провели. Ладно, давай в Принцессу и дракона играть.

– Давай.

– Я принц, ты принцесса…

– А дракон?

– Дракон вот этот камень.

Девочка с сомнением посмотрела на скалу.

– Это скала, а не дракон.

– А ты присмотрись. Вот ухо, вот нос, вот глаза…

Маташ удивленно открыла рот:

– Правда… А где второе ухо?

– Второе ухо ему уже отрубили…

Маташ оказалась неплохим товарищем. Она не зазнавалась, Ишана слушалась. Врать совсем не умела, Ишан никак привыкнуть к этому не мог. Такое впечатление, что с маленькой девочкой общаешься. Да и смех у Маташ приятный – звонкий, как у жаворонка. Когда дракон был побежден, а принцесса освобождена, у Ишана было чувство, что они давно знакомы.

– А почему твой отец так смеялся, когда я сказал, что хочу убежать?

– Так отсюда нельзя убежать. Этот мир очень маленький – эта равнина и все.

Ишан не поверил, пошел, посмотрел. Да, действительно, равнина оканчивалась обрывом, а сама скала плыла в воздухе, словно серое облако.

– Вот видишь, – вздохнула Маташ. – Только отец знает, как отсюда уйти, даже я не могу.