Халва

– Я за то, что он, – завыл Лешка, – меня вчера Бегемотихе выдаал!

– Мы не думали, что он так сильно потеряется, – всхлипывая, вторила Нинка.

Юля переводила взгляд с Лешки на Нинку, ничего не понимала, но чувствовала, что подтверждаются ее худшие подозрения.

– А ну цыц! – вдруг приказала Маша.

Дети разом замолчали. Быстро и толково женщина объяснила Юле, что натворили сорванцы.

– Они Афанасьевичу бумажку, ну, что ты ему даешь, с адресом и именем, подменили.

– Какое же имя вы написали!? – испуганно вскочила Юля.

– Иванов… Иван Иванович, – Лешку наконец прорвало, и он тоже заревел.

– Боже мой! А адрес!?

– Пятницкая, а дом не помню!

Через десять минут к дому подъехал милицейский УАЗ.

– Сейчас собаку пустим, – сказал невысокий плотный сержант, выслушав женщин. – Так вернее будет.

Давно вскипел и остыл чайник, о нем забыли, кипяток так и не был налит в кружки. Паша вспоминал еще и еще. Надя ахала, отрицательно мотала головой, но несколько раз ему удалось пробудить в ней искру воспоминания.

– Да, да, – тогда радостно кричала Надя, – я помню, помню, это Витька Воскобойников. Ты с ним подрался, чуть нос не сломал, мне все девчонки завидовали, тобой восхищались.

– Чего же вы меня тогда на собрании чихвостили? – удивился он. – Зинка, ты и Марьянка.

– Паша, ну чихвостили мы тебя как пионерки, а восхищались как девчонки.

– А что, девчонки и пионерки разные люди? – покачал он головой.

– Погоди, – вдруг встала Надя, – Грозный чегой-то расшумелся.

Она подошла к двери, выглянула во двор. В сумраке позднего вечера не сразу разглядела людей у забора.

– Пойдем мы на Пятницкую, гражданочка, – убеждал кого-то молодой мужской голос. – Проверим это место и пойдем.

Надя прикрикнула на Грозного и подошла ближе. Теперь она увидела, что это милиционер и женщина лет тридцати.

– Добрый вечер, – поздоровалась Надя.

– Добрый, – откликнулся милиционер, прикрывая глаза ладонью от слепящей лампочки. – У вас часом посетителя нет?

– Павел Афанасьевич Гостьев, – взволнованно сказала женщина, стоявшая рядом, и приложила руку к груди.

– Он же Иванов Иван Иванович, – добавил милиционер.

– Паша? Есть, – тихо ответила Надя и обернулась.

А он уже и сам вышел из домика. Вдохнул прохладный вечерний воздух, подошел к воротам. Женщина ахнула:

– Папа, мы тебя уже с собакой ищем, где ты пропал?

– Да вот, к Наде зашел, – ничуть не смущаясь, спокойно сказал он. – Мы с ней в одном классе учились.