Операция начнется в подень

– А инфляция, вы про неё забыли? Берёте сейчас триста тысяч рублей, через три месяца будете отдавать тридцать.

– И то верно, – облегчённо засмеялся Генералов сиплым прокуренным голосом. – Как бы нам всё это поскорее устроить? Можете договориться?

– А чего ждать? – Бондаренко потянулся к одному из телефонов, стоящему на столе у директора, набрал номер. – Коля, привет, слушай, я тут тебе хорошего клиента нашёл, заёмщика. Кого? Металлургический завод. Да нет, не парю тебе мозги, ты же меня знаешь.

Я разговаривал с генеральным директором, они готовы у тебя взять около миллиона рублей в кредит. Ну, это как сами договоритесь. Слушай, а мне там ничего не перепадёт? Как за что? Я же тебе клиентов подгоняю? Замётано, к тебе подъедут, возможно, сегодня.

Положив трубку, Бондаренко сообщил, улыбаясь:

– Всё устроено, можно хоть сейчас получать деньги.

– Ну что, господа-товарищи, – подытожил довольный Генералов, – скрепим наши договоренности, как говорится, чисто символически, как было принято ещё в советское время?

Не дожидаясь ответа, он нажал кнопку селектора и сказал секретарше:

– Анюта, занеси нам кофе и коньяку.

Уральск, больница скорой медицинской помощи, палата хирургического отделения, 8 июня, 11.45

Выдержав по времени чуть больше недели, Цыганков собрался навестить раненую Маргариту. Ему было не по себе, словно он оказался прямым виновником того, что произошло, словно именно он не уберёг эту молодую женщину, хотя по роду службы и должен был предвидеть опасность.

Сергей его успокаивал, говорил, что такое в нынешнее время происходит постоянно, всего не предусмотришь, но Цыганкова всё равно подспудно мучило чувство вины.

За неделю, прошедшую после покушения, он встречался с источниками, связанными с криминальным миром, однако стоящей информации не получил. Агенты или не знали, кто совершил нападение, или не хотели себя подставлять, поэтому утаивали сведения. Единственным, кто не боялся говорить начистоту, был Костя «Боец».

Встретившись с Александром на нейтральной территории, в одном из баров, который контролировался его группировкой, он был достаточно откровенен.

– Думаешь, не знаю, кто сделал? – спросил Костя, выпивая коньяк и морщась то ли от его вкуса, то ли от своего знания. – Это люди Матвея. Эти суки завалили моих ребят!

– Что теперь? Война? – спросил Цыганков, внимательно разглядывая бандита.

– Нет, с Матвеем бодаться себе дороже.