Шкаф с кошмарами

Щетинясь стволами, толпа расступилась, давая пленникам возможность пройти. И увидеть. Виктор дернул кадыком, мысленно радуясь, что последний раз ел еще в Красноярске, часов… господи, неужели прошло так мало времени с тех пор, как привычный мир вывернулся наизнанку? Не годы, не месяцы, даже не дни! Несколько часов! Как такое возможно?!

Мальчишка, не мудрствуя особо, тихо ойкнул и вывернул содержимое желудка прямо на свои дорогие туристские ботинки. Чтобы отвлечься, Виктор отметил, что упакован пацан по-взрослому, со знанием дела и без оглядки на кошелек.

Стараясь не смотреть вокруг, он потащился к выходу. Однако, когда под ногами чавкало, деться от понимания было некуда. Он шел и знал, что идет по лужам крови. Огромным, так до конца и не впитавшимся лужам крови, как в третьесортном ужастике, что крутят по «ТВ-3». Сглотнув слюну, Виктор спросил, не обращаясь ни к кому конкретно:

– Что вы с ней сделали? С Наташей что сделали?

– Че?! С тварью этой?! – вскинулся идущий рядом рыжий автоматчик.

– Фома, ты за базаром следи, – укорил Козырь.

Вроде тихо, незлобиво, но так, что Виктор услышал, как именно таким тоном разговаривал молодой Козырь на бандитских разборках.

– А чего я?

– А того, что ты, может, с врагом тут лясы точишь. Сейчас на суде всё и разберем, кому вожжи в руки, а кому хомут на шею. – Он живописно затянул вокруг шеи воображаемую петлю и потянул вверх.

– Вы тут рехнулись все, – обессиленно выдавил Виктор. – Наглухо рехнулись.

– Рехнулись? – не выдержал уже сам Козырь.

Железные пальцы смяли Виктору подбородок, заставляя поднять голову. Одно из окошек, возле самого потолка, оказалось выбитым. Даже не просто выбитым – выломанным, вместе с рамой и частью досок.

– Видел? – Козырь отпустил подбородок Виктора и многозначительно добавил: – То-то же! Рехнулись, говорит… Вот смеху-то.

На улице, щурясь от заходящего, подернутого водянистой дымкой солнца, Виктор попытался прикрыть глаза рукой, но гиря быстро напомнила о себе. При виде внедорожников мальчишка, которого Виктор мысленно окрестил Малым, громко всхлипнул. Шел он тяжело, постоянно спотыкался и, если бы не крепкие руки конвоиров, пожалуй, уже давно уронил бы гирю на ногу.

Виктор наконец рассмотрел сектантов как следует.