Вызов смерти

Однако нужно было пересилить себя, и Андрей направился к открытым воротам. Таня как будто ждала команды и тут же последовала за ним.

Внутри предстала жуткая картина. В боксе среди железных бочек, куч грязных тряпок и ящиков непонятно с чем, стояло несколько каталок. На них лежали трупы. Некоторые были в чёрных полиэтиленовых мешках, другие – накрыты простынями.

– Ваши – вон те, – произнесла Марья Алексеевна и указала на две каталки справа у стены.

Андрей подошёл и откинул простыню. На каталке лежала молоденькая девушка.

Сердце мгновенно защемило. Катя! Лицо было немного повреждено, но родители никогда не спутают своих детей. Таня, подойдя ближе, тоже увидела дочь и тут же бросилась к ней. Обняла её и забилась в истерике.

Андрей стоял как вкопанный, сердце продолжало щемить, было трудно дышать. Как он ни старался держаться, но слёзы текли по щекам. Жена, уже обессилевшая, сползла на пол и продолжала причитать. Никто не остался бы равнодушным, глядя на такую картину. Марья Алексеевна и охранник поспешили вывести Таню.

Она пыталась сопротивляться, выкрикивала: «Катя! Катенька!», из последних сил хваталась за каталку.

Андрей смотрел на дочь, так и не сдвинувшись с места. Та лежала, как живая, и он машинально положил руку на шею, чтобы прощупать пульс. Пустые надежды – тело девочки уже остыло. Андрей провёл рукой по её волосам, нагнулся и поцеловал в лоб.

– Не может такого быть, – еле слышно произнёс он. – Скажи, что ты спишь! Скажи, что решила так пошутить над нами! Скажи хоть что-нибудь!

Тут ему почему-то вспомнилась недавняя встреча с Горицким в кафе.

И его слова – «воскрешение», «неоспоримые факты и свидетели». В голове тут же возникла абсурдная, но дающая надежду мысль.

«Чёрт, что же я не взял у него номер?», – подумал Андрей, чуть не выругавшись вслух.

Он достал телефон и набрал номер своего друга, тоже бывшего одноклассника, Артема. Со стороны это смотрелось очень странно – отец, стоя над телом дочери, решил кому-то позвонить.

Но охранник с техничкой были заняты Таней и не обратили внимания.

После долгих гудков наконец ответил полусонный мужской голос:

– Алло.

– Здорово, Тёма. Ты Горицкого помнишь? Димона?

Повисла пауза. Похоже, собеседник соображал, чего от него хотят.

– Андрюха, ты что ли?! Ты на часы смотрел?

– Да, я. Тём, не задавай лишних вопросов. Это срочно и очень важно. Димона Горицкого помнишь? С нами учился.

Снова пауза.

– Ну, помню.