MARIUPOL. Слезы на ветру. Книга-реквием

Надо было видеть кадры Лубянки – скаредность и прижимистость была врожденной отметиной подавляющей массы «людей в штатском». Ситуация накалялась, узнать все толком было не у кого, и тогда послали за Б.Б.

– А почему за Вами, Борис Борисович? – спросил, удивляясь такому повороту дела.

– А из-за Протокола,[9 - Протокол производства в должность Президента СССР. Большая книга красного цвета. Хранилась в Приемной Совета Министров СССР. Но на сегодня под Протоколом понимается несколько иное – правила поведения высших должностных лиц государства во время проведения официальных государственных церемоний (примечание автора).

Что-то смутно помнилось из курса государственного права, что где-то этот самый Протокол действительно был, и в него чего-то вносилось и записывалось по будним дням. Но никак не мог понять, причем здесь мой собеседник?

– А при том, что к Протоколу прилагается очень узкий список допущенных к нему лиц. Никого из тех, кому пришлось скидываться на мундир, в списке небожителей Кремля быть не могло.

Тут я вспомнил, что Б.Б. помимо кремлевской должности имел еще одно скромное креслице в Совете Министров СССР. Хорошая такая должность по работе с лицами культуры первой величины, иначе говоря, звездами эстрады, театра и кино вкупе со всей остальной требухой. Вот эта хлопотливая обязанность время от времени появляться в Совете Министров и давала ему право изредка шелестеть листами красного Протокола, куда заносились все производства за подписью «Горбачев».

Вопросительно смотрю: «Неужели это правда? Мы докатились до такого маразма, что простым клеркам в рясах суем с барского плеча генеральские погоны»?

Наши взгляды встретились, я получил утвердительный ответ.

– Производство за май месяц. Подпись: «Горбачев».

Не выдержав, смачно выругался прямо за праздничным столом. В ответ офицер рассмеялся и сказал.

– Я ведь тоже пострадал. Заставили и меня давать десятку, мол, полковник и в Кремле, мать его так, настоящий полковник, значит, обязан в трудную минуту поддержать товарищей.

Настроение мое испортилось до невозможности. Чтобы развеселить чествуемого, видавший виды чекист, внимательно глядя мне в глаза, продолжил.

– Традиция есть традиция, от нее никуда не денешься – пошили ему мундир. Рост, размер, вес, все это есть в личном деле. Ребята вызвались охочие до этого, взяли парадку и поехали к нему в Чистый переулок, пять.