Кошмар на улице Мудрологов

Студенческие фан-клубы рассеялись как дым, а известные литераторы стали хранить глубочайшее молчание. По ночам мне стали сниться старики с крашеными волосами и непременно в антураже с утиной печёнкой и обязательно без айвы.

Конечно же, я не позвонил Луи Ришару. Ведь он позвонил мне сам.

– Это Луи Ришар… Вы убедились?

– В чем?

– В большой философичности знаков препинания?

– Нет.

– Вы хотите дополнительных подтверждений?

– Как вам это удалось?

– Никак. Не стоит придавать значение усилиям другого, в то время, как все лавры принадлежат только вам.

– Чего?

– Гениальности.

– Бред.

– Шесть раз подряд? Помилуйте, это факт.

– Факт Чего?

– Высокого статуса Вашего дарования. Высокого статуса обладателя и собственника смысла, что неизбежно влечет падение статуса «грамотного человека».

– Это шутка?

– Это программный лозунг моего издательства и главный интерес нашего клуба.

– Какого клуба?

– Нашего.

– Я что один из его членов?

– Вне сомнения.

– И как же называется этот клуб?

– Клуб почетных запятуль.

– А я?

– А вы в самом начале пути. Вы любитель, аматор. Одним словом, запятенок. Впрочем, об этом потом. Вы согласны написать книгу на известный Вам сюжет?

– И проблемы с издательствами будут решены?

– Это ваше дело.

– А если я скомбинирую ваши требования с моим текстом книги?

– Я же сказал, это ваша книга, ваш сюжет, меня интересует философия, социология и антропология запятых.

– Даже если я не буду говорить о них прямо, а сделаю неизбежным героем каждой главы в качестве скрытых пружин смысла?

– Это ваше дело.

– Встречаемся у нотариуса по улице Рошан.

– Я знаю, где это. До встречи.

Первым результатом столь немыслимого контракта, стало историко-политическое введение с элементами социологии, философии и сравнительной антропологии, которое в насмешливой форме мне продиктовала Виктория, резюмируя итоги моей эпопеи с книгой.

Г

еометрические параметры ее величества "Запятой" разделили членов некогда тайного, а ныне общеобязательного для всех образованных граждан общества "Запятулек" на два противоборствующих лагеря. Одни на полном серьезе утверждали, что хвостик этого величайшего знака препинания должен соответствовать 1 мм, другие, с невероятным упорством, пытались удлинить его до 2 мм.